NERV

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » NERV » Произведения Анатолия Логинова » Jeronimo! (Клич американских парашютистов)


Jeronimo! (Клич американских парашютистов)

Сообщений 101 страница 110 из 145

101

Логинов написал(а):

Угу. Причем у нее только болванки, осколочных нет...


Так и смысла нет. Одиночными при таком калибре стрелять бессмысленно. Была бы скорострелка-автомат - тогда другое дело. Она наверное могла струлять 25 мм снарядами от зенитки того же Гочкисса, которая mitrailleuse de 25 mm CA mle 39.

0

102

Сначала на опушке леса появился танк. Медленно, громыхая, двигался он через поле по направлению к городку. За ним показались еще два. Это были не «Пантеры» и не «Тигры», а какая-то старая, французского производства рухлядь времен первой мировой. Танки изредка постреливали из пулеметов, продолжая неотвратимо двигаться вперед. Окопы молчали, ожидая команды Томпсона, однако неожиданно со стороны позиций второго взвода началась беспорядочная ружейно-пулеметная стрельба. К несказанному удивлению и облегчению десантников, передовой танк внезапно остановился. Том крикнул, приказывая передать Ковбою.
– Открыть огонь.
Послание еще шло от одного парашютиста к другому, когда звонко щелкнул пушечный выстрел. Танк дернулся вперед и застыл. Из его башни поднимался дымок. Парашютисты весело острили, «как ребята на футболе, когда их команда выигрывает», - отстраненно подумал Том. Два других танка развернулись в обратную сторону и заковыляли к лесу, продолжая поливать окраину города из пулеметов.
Однако радость оборонявшихся американцев при виде бегства танков оказалась преждевременной. Буквально через пару минут противник обрушил на них довольно точный минометный огонь, в первую очередь на позиции второго взвода. Взводу Томпсона, сидящему в окопах, обстрел был не слишком страшен, а вот со стороны, где укрылись десантники Чака раздались многочисленные крики от боли и призывы о помощи.
«Говорил же сержанту,- сердито подумал Том,- про необоснованные надежды на то, что защитят изгороди и стены деревянных сарайчиков. Эти самоуверенные идиоты так и не поняли необходимости немедленно окапываться, черт побери!»
Впрочем, ему быстро стало не до размышлений. Под прикрытием минометного огня из леса выскочило не меньше полусотни пехотинцев и оба уцелевших танка. На этот раз со стороны второго взвода раздались только редкие винтовочные выстрелы и немцы, приободрившись, с напором побежали вперед.
- Огня не открывать, пока первые не добегут до подбитого танка, - передал по цепочке лейтенант.
Немцы бежали, изредка постреливая на бегу и явно не ожидая сильного сопротивления. Минометы смолкли и лишь пулеметы танков продолжали тянуть свою песню, когда Том крикнул. – Огонь! – одновременно выжимая спусковой крючок своего карабина. В несколько секунд он парой очередей опустошил магазин, стараясь при этом наблюдать за происходящим на поле. Немцы, потеряв от неожиданно плотного огня до половины атакующих, сейчас медленно, огрызаясь ответными выстрелами, отползали к лесу. Один танк застыл прямо напротив окопа Томпсона, второй, башня которого дымила не хуже, чем у первого подбитого в бою, медленно полз к опушке. Минометы джерри молчали несколько мгновений, затем начали редкий обстрел, прикрывая атакующих от огня десантников. Под прикрытием минометного огня уцелевшие немцы ускользнули в лес. И наступила неожиданная тишина. Даже минометы, словно испугавшись произошедшего, замолчали.
- Вот сволочи, поесть не дали, - огорчился Том, обнаружив, что весь бой топтался по разбросанному в окопе пайку.
- Лейтенант, вы что, без пайка остались? – подошедший к нему Ковбой тоже заметил растоптанные остатки рациона. – Эй, кто-нибудь, позовите Бобби. Пусть притащит с собой одну упаковку Ка.
- Ковбой, не стоит бойца обдирать, - неуверенно возразил Том.
- Разрешите доложить, господин лейтенант, сэр, - шутливо вытянулся сержант. - Бобби, по прозвищу Робин-Бобин (Robin the Bobbin - персонаж английской песни, обжора) скорее без патронов окажется, чем без еды. Готов поспорить на десятку баксов против дайма, что у него вместо двух пайков в мешке их минимум четыре. Не обеднеет и не похудеет, - засмеялся Ковбой.
- Точно? – недоверчиво протянул Томпсон. – Ладно, поверю. Ты мне лучше скажи, почему не стрелял по минометам осколочными? Понятно, что из  этой пукалки не уничтожил бы, но хотя б попугал.
- Какими осколочными, лейтенант? У этой француженки одни болванки (сплошной, без взрывчатки, противотанковый снаряд). Хорошо, что против нас ничего серьезнее этого старого хлама у джерри не нашлось, - кивнул в сторону поля Уэйн. – А то бы одними базуками пришлось отбиваться.
- Ладно, все понял, - миролюбиво согласился Том.  Тут подбежал Робин-Бобин, действительно полноватый, почти на грани для парашютиста, солдат. Но в сравнении с современными Толику американцами его можно было посчитать худым доходягой. Притащил он не только коробку с пайком, но еще и пару трофейных немецких шоколадок, от которых Томпсон отказался. Отдав упаковку, он заверил, что запас продуктов еще есть, успокоив и так не слишком бунтующую совесть лейтенанта.
Но перед тем, как закончить свой завтракообед, Томпсон проверил состояние дел во взводе Барнахауза. В отличие от окопавшихся бойцов первого взвода, солдаты второго сил укрывались от мин за оградами и камнями. Поэтому потери ранеными и убитыми достигли почти трети взвода. Том заставил собрать всех и отвезти на тягаче к госпиталю.
После этого неприятного дела есть не хотелось, но Томпсон, пользуясь наступившей тишиной на его участке, все же добил и содержимое второй упаковки.
Больше с этой стороны немцы не атаковали, зато с севера весь день доносились звуки боя. Как потом узнал Том, оттуда атаковал целый пехотный полк немцев, пытаясь выбить десантников из города. И если бы не поддержка еще одного батальона парашютистов, они вполне могли достичь желаемого.
Но город остался в руках американцев, а подчиненные Тома так и просидели в ожидании боев все остальное время.

Отдыха нет на войне

Девятнадцать человек, все уцелевшие после месяца боев из подчиненной Томпсону роты, сидели под деревьями и слушали импровизированный концерт.
Найденная в Сен-Мер-Эглиз гитара, плюс свободное время и плохое настроение вызвали у лейтенанта редкий приступ творческой активности. И сейчас до солдат доносился импровизированный текст, почти без рифмы, но очень понятный любому, пережившему тоже, что и они. Пока получалось что-то вроде:
- Эх, бокажи... камни да кусты
Все вокруг в тумане
Не видать ни зги…
Выстрел грянет,
Ворон кружит…
Твой дружок на поле
Неживой лежит…
(Импровизация автора на тему советской песни 1945 года, написанной  А. Новиковым на стихи Л. Ошанина)

Отредактировано Логинов (28-03-2016 23:58:10)

+5

103

Логинов написал(а):

солдаты второго сил укрывались от мин за

А здесь не пропущено "изо всех сил"?

Логинов написал(а):

все же добил и содержимое второй упаковки.

Не будет лучше - "все же добил содержимое и второй упаковки"

+1

104

На войне, как на войне

Девятнадцать человек, все уцелевшие после месяца боев из подчиненной Томпсону роты, сидели под деревьями и слушали неожиданный концерт.
Найденная в Сен-Мер-Эглиз гитара, плюс свободное время и плохое настроение вызвали у лейтенанта редкий приступ творческой активности. И сейчас до солдат доносился импровизированный текст, почти без рифмы, но очень понятный любому, пережившему то же, что и они. Пока получалось что-то вроде:
- Эх, бокажи... камни да кусты
Все вокруг в тумане
Не видать ни зги…
Выстрел грянет,
Ворон кружит…
Твой дружок на поле
Неживой лежит…
Месяц боев за расширение плацдарма дорого стоил англо-американским армиям. Особенно досаждала местность, словно специально приспособленная для отражения наступления. Огромные земляные стены, густо переплетенные корнями деревьев и кустарников, которые ограждали каждое поле, называемое местными жителями «бокаж», оказались непреодолимыми для танков, не говоря уже о колесной технике. Каждая такая изгородь представляла собой естественный рубеж укрепленной обороны. А на полуострове Котантен труднопреодолимые участки местности дополнительно перемежались с широкими заболоченными участками, тоже непроходимыми для танков и прочей техники, которая, таким образом, оказалась привязанной к дорогам. Такие условия сильно уменьшали возможности реализации превосходства союзников в технике, заставляя вести ближний пехотный бой при ограниченной артиллерийской и авиационной поддержке. Но как раз в этих условиях назначенный командиром роты Томпсон показал, на что способен. Потери у него были почти до последнего дня самыми низкими, при этом его рота наступала успешнее других.
Все изменилось позавчера.
Батальон, сбив очередной заслон немцев, вышел по дороге к  окраинам очередной деревушки с труднопроизносимым французским названием и крепкими каменным домами, приспособленными немцами к обороне. Уставшие парашютисты, ворча, копали окопы. А Том, отправив комбату посыльного с докладом о прошедшем дне, спокойно и умиротворенно допивал чашечку отличного натурального кофе. В бывшей немецкой землянке, в которой теперь разместилось управление роты, было тихо. Связисты еще не успели протянуть телефонную линию, а ротная радиостанция недавно вышла из строя. Так что Томпсона никто не беспокоил. Где-то затрофеенный пронырливым ротным сержантом настоящий итальянский кофе из Эфиопии был великолепен на вкус и бодрил, словно смывая накопившуюся усталость. Он уже допил чашку, когда появился посыльный и принес записку от комбата. В которой сообщалось, что на сегодня больше никаких наступлений не будет. Что привело временного капитана Томпсона почти в настоящую нирвану. Еще бы, ночь на месте, да еще сравнительно обустроенном. Немцы атаковать вряд ли решаться, судя по наблюдениям. «Значит, можно будет отдохнуть», - решил Том, задавив появившиеся сомнения и забыв знаменитые строки Киплинга про отсутствие отдыха на войне.
Как только он решил, что можно отпустить ротного сержанта и связиста, установившего в землянке телефон, где-то неподалеку вдруг залаял немецкий пулемет. Затем несколько раз громыхнуло, со стен и потолка укрытия посыпалась земля. Несколько комков ударило Тома по голове, заставив выругаться.
- Что, черт побери, происходит? – естественно, на это вопрос не смогли ответить ни недоумевающий не меньше Томпсона Ковбой, ни схватившийся за ручку своего желто-кожанного аппарата связист.  Не дожидаясь ответа, Том подхватил лежащий на нарах карабин, каску, и, отодвинув заменяющую дверь немецкую плащ-накидку, выбежал навстречу разгорающейся перестрелке. - Что за…, - английский был слишком слаб, чтобы передать увиденное, а пользоваться русским Том побаивался.
А посмотреть было на что. Две машины, небольшой «виллис джип» и более тяжелый «додж-трти четверти», непонятно как проскочившие по дороге до передовых окопов, стояли на шоссе. Мотор у джипа, въехавшего передними колесами в воронку, еще работал, но за рулем уже никого не было видно. «Додж» же понемногу разгорался, получив, видимо, трассирующую или зажигательную пулю прямо в бензобак. От машин отползали, пытаясь отстреливаться с полдюжины солдат в американской форме. Приглядевшись, Томсон заметил, что у нескольких на плечах поблескивают погоны, не полевые, а по моде штабников – повседневные.
Ожесточенная перестрелка тем временем не стихала. В нее включился и трофейный крупнокалиберный пулемет, которым ловко пользовался расчет МакГроу. В ответ немцы еще раз обстреляли расположение роты из минометов, но на это неожиданно ответила приданная батальону батарея четырехдюймовых минометов. Разрывы тяжелых мин послужили весомым аргументом для германских оппонентов, даже несмотря на малую эффективность мин против заранее подготовленных укреплений. Стрельба постепенно затихла.

+6

105

Логинов написал(а):

крепкими каменным домами

каменными

Логинов написал(а):

тяжелый «додж-трти четверти», непонятно

Может быть "додж-три четверти"?

Логинов написал(а):

Разрывы тяжелых мин послужили весомым аргументом для германских оппонентов, даже несмотря на малую эффективность мин против заранее подготовленных укреплений

Повтор. Предлагаю заменить второе "мин" на "миномётных снарядов"

0

106

На войне, как на войне

Девятнадцать человек, все уцелевшие после месяца боев из подчиненной Томпсону роты, сидели под деревьями и слушали неожиданный концерт.
Найденная в Сен-Мер-Эглиз гитара, плюс свободное время и плохое настроение вызвали у лейтенанта редкий приступ творческой активности. И сейчас до солдат доносился импровизированный текст, почти без рифмы, но очень понятный любому, пережившему то же, что и они. Пока получалось что-то вроде:
- Эх, бокажи... камни да кусты
Все вокруг в тумане
Не видать ни зги…
Выстрел грянет,
Ворон кружит…
Твой дружок на поле
Неживой лежит…
Месяц боев за расширение плацдарма дорого стоил англо-американским армиям. Особенно досаждала местность, словно специально приспособленная для отражения наступления. Огромные земляные стены, густо переплетенные корнями деревьев и кустарников, которые ограждали каждое поле, называемое местными жителями «бокаж», оказались непреодолимыми для танков, не говоря уже о колесной технике. Каждая такая изгородь представляла собой естественный рубеж укрепленной обороны. А на полуострове Котантен труднопреодолимые участки местности дополнительно перемежались с широкими заболоченными участками, тоже непроходимыми для танков и прочей техники, которая, таким образом, оказалась привязанной к дорогам. Такие условия сильно уменьшали возможности реализации превосходства союзников в технике, заставляя вести ближний пехотный бой при ограниченной артиллерийской и авиационной поддержке. Но как раз в этих условиях назначенный командиром роты Томпсон показал, на что способен. Потери у него были почти до последнего дня самыми низкими, при этом его рота наступала успешнее других.
Все изменилось позавчера.
Батальон, сбив очередной заслон немцев, вышел по дороге к  окраинам очередной деревушки с труднопроизносимым французским названием и крепкими каменным домами, приспособленными немцами к обороне. Уставшие парашютисты, ворча, копали окопы. А Том, отправив комбату посыльного с докладом о прошедшем дне, спокойно и умиротворенно допивал чашечку отличного натурального кофе. В бывшей немецкой землянке, в которой теперь разместилось управление роты, было тихо. Связисты еще не успели протянуть телефонную линию, а ротная радиостанция недавно вышла из строя. Так что Томпсона никто не беспокоил. Где-то затрофеенный пронырливым ротным сержантом настоящий итальянский кофе из Эфиопии был великолепен на вкус и бодрил, словно смывая накопившуюся усталость. Он уже допил чашку, когда появился посыльный и принес записку от комбата. В которой сообщалось, что на сегодня больше никаких наступлений не будет. Что привело временного капитана Томпсона почти в настоящую нирвану. Еще бы, ночь на месте, да еще сравнительно обустроенном. Немцы атаковать вряд ли решаться, судя по наблюдениям. «Значит, можно будет отдохнуть», - решил Том, задавив появившиеся сомнения и забыв знаменитые строки Киплинга про отсутствие отдыха на войне.
Как только он решил, что можно отпустить ротного сержанта и связиста, установившего в землянке телефон, где-то неподалеку вдруг залаял немецкий пулемет. Затем несколько раз громыхнуло, со стен и потолка укрытия посыпалась земля. Несколько комков ударило Тома по голове, заставив выругаться.
- Что, черт побери, происходит? – естественно, на это вопрос не смогли ответить ни недоумевающий не меньше Томпсона Ковбой, ни схватившийся за ручку своего желто-кожаного аппарата связист.  Не дожидаясь ответа, Том подхватил лежащий на нарах карабин, каску, и, отодвинув заменяющую дверь немецкую плащ-накидку, выбежал навстречу разгорающейся перестрелке. - Что за…, - английский был слишком слаб, чтобы передать увиденное, а пользоваться рвущимся на язык русскими выражениями Том побаивался.
А посмотреть было на что. Две машины, небольшой «виллис джип» и более тяжелый «додж-три четверти», непонятно как проскочившие по дороге до передовых окопов, стояли на шоссе. Мотор у джипа, въехавшего передними колесами в воронку, еще работал, но за рулем уже никого не было видно. «Додж» же понемногу разгорался, получив, видимо, трассирующую или зажигательную пулю прямо в бензобак. От машин отползали, пытаясь отстреливаться с полдюжины солдат в американской форме. Приглядевшись, Томпсон заметил, что у нескольких на плечах поблескивают погоны, не полевые, а по моде штабников – повседневные.
Ожесточенная перестрелка тем временем не стихала. В нее включился и трофейный крупнокалиберный пулемет, которым ловко пользовался расчет МакГроу. В ответ немцы еще раз обстреляли расположение роты из минометов, но на это неожиданно ответила приданная батальону батарея четырехдюймовых минометов. Разрывы их тяжелых снарядов послужили весомым аргументом для германских оппонентов, даже несмотря на малую эффективность мин против заранее подготовленных укреплений. Стрельба постепенно затихла, стали слышны крики: «Санитары!». Укоризненно покачав головой, Том повернулся к стоящему рядом Ковбою и скомандовал.
- Давай, сардж, сгоняй туда и уточни, что произошло, - и добавил, подмигнув. – На глаза начальству разрешаю не показываться. Узнай, что и как, и мухой ко мне. Ясно?
- Да, сэр, - шутливо вытянулся в стойку смирно Уэйн. – Разрешите выполнять?
- Вали, - Томпсон развернулся ко входу в землянку и в это мгновение полог откинулся и из нее выглянул связист.
- Господин капитан, сэр! Вас, сэр! Подполковник Краузе, сэр!
Пока Ковбой разбирался, что произошло, а Том докладывал по телефону о том, что видел сам, понаехавшие гости пришли в себя. И в землянку вошли уже вполне оправившиеся от неприятностей, а потому особо злые полковник и первый лейтенант.
-   Капитан Томпсон, сэр! Командир…, – начал доклад Том, но был остановлен небрежным взмахом руки.
- Полковник Мессенджейл, оперативный отдел штаба. Где подполковник Краузе?
- На связи, сэр! – протянул ему трубку телефона Томпсон.
- О-отли-ично-о, - как-то неприязненно растягивая гласные, ответил полковник. – Всем выйти из укрытия. Сэм, проследите, чтоб никто не подслушивал. Вам ясно, капитан Томсон?
- Ясно, сэр! Прошу извинить, сэр, Томпсон, сэр! – снова вытянувшись, ответил ему с иронией попаданец,  очередной раз припомнив приказ Петра Великого.
- Действуйте, - небрежно отмахнулся Мессенджейл и заорал в трубку – Краузе, это вы?! Есть очень серьезный разговор, подполковник!...
О чем разговаривали лощеный штабной франт и командир десантников конкретно, никто так и не узнал. Но итогом этой весьма нервной, судя по лицам уехавшего в тыл полковника и появившегося через полчаса комбата, стал приказ на атаку селения. В лоб, практически без артподготовки и без поддержки танков.
- Но, сэр… - попытался возразить Томпсон. И сейчас же замолчал, рассмотрев выражение лица подполковника. – Есть начать атаку сразу после авианалета!
Обещанная авиационная поддержка появилась еще через двадцать минут. Восьмерка «мустангов» в варианте А36 сбросила на большой скорости примерно двадцать штук двестипятидесятифунтовых бомб. Накрыв частично вражеские позиции, а частью – чистое поле, они столь же стремительно удалились.
- Атака! – мысленно поежившись, отдал приказ Том. По выпущенной красной ракете тяжелые минометы попытались изобразить что-то вроде огневого вала, а десантники его роты неохотно и недружно вскочили в атаку. И практически сразу залегли, попав под огонь не менее четырех пулеметных точек. Томпсон бросил взгляд в сторону второй роты, надеясь, что его такак отвлекла внимание немцев и на том участке положение лучше. Но и там лежащие в чистом поле солдаты поспешно окапывались, стараясь укрыться от огня «машиненгеверов»…
Три последовательные попытки атаковать закономерно закончились после с огромных потерь десантников. Попаданцу было удивительно видеть, как американские парашютисты рвались в бой не хуже его соратников из будущего. И вопреки мнению некоторых экспертов, отнюдь не трусили, идя в безнадежные и смертельно опасные атаки. Несмотря на потери…
А сегодня Том поминал тех, с кем начал службу в армии, прыгал с парашютом и сражался бок о бок на Сицилии и во Франции. И в первую очередь – сержанта с именем и фамилией знаменитого исполнителя ролей ковбоев-победителей. 
- Сэр? – раздавшийся у входа голос заставил его отложить гитару и привести в порядок форму. Спрятав  за импровизированный столик початую бутылку коньяка, он еще раз осмотрел палатку и ответил.
- В чем дело, капрал?
- Сюда едет джип подполковника Краузе, сэр.
- Понял, Джон. Построй солдат, я сейчас выйду.
Подъехавшего комбата, вместе с которым приехал незнакомый пехотный майор, встретили по полному армейскому церемониалу, с построением и докладом. После доклада, приказав распустить солдат, подполковник отвел Томпсона к джипу и тут познакомил с майором.
- Майор Дженсен, военная контрразведка, - полюбовавшись на откровенное удивление на лице Тома, Краузе усмехнулся и добавил. – Это совсем не то, о чем вы подумали, лейтенант (временного капитана Том уже лишился, вместе с превращением роты в усиленное отделение).
- Да, лейтенант Томпсон, вас мы, конечно, ни в чем не подозреваем, - присоединился к нему Дженсен. – Нам нужна помощь…
Как выяснилось из дальнейшего разговора, в тылу англо-американских союзников действовала небольшая, но весьма эффективная разведгруппа немцев.
- Оставили они ее специально, или группа образовалась случайно, мы пока точно сказать не можем, - предупредил возможный вопрос Тома контрразведчик. – Скорее всего первое, учитывая любовь джерри к порядку. Да и подготовка у группы достаточно высокая. По некоторым данным, все члены группы хорошо владеют как английским, так и французским языками…
- Извините, господин майор, сэр. Это все интересно, но при чем тут я и… мои люди? – перебил контрразведчика Том. – Я, как и мои солдаты к агентству Пинкертона или ФБР не имеют никакого отношения. Мы обычные парашютисты…
- Я знаю, лейтенант, - перебил Томпсона Дженсен. – Но вы и ваши солдаты зарекомендовали себя хорошими профессионалами. А у нас нет настолько подготовленных бойцов. Группу военной полиции, которая столкнулась с этими… «невидимками», они уничтожили в течение нескольких минут. Поэтому мне нужны хорошо подготовленные бойцы, способные адекватно реагировать на любые неожиданные изменения обстановки. Приказ генерала Эйзенхауэра позволяет мне привлечь любое подразделение. Я выбрал вас. Вам ясно, лейтенант?
- Так точно, сэр, - показательно вытянулся Том. – Когда выступаем?
- Через полчаса, - посмотрев на часы, ответил Дженсен. – Нам выделили грузовик и один «динго», они подъедут к этому времени. Собирайте солдат.
- Полковник Краузе, сэр! Разрешите получить дополнительные боеприпасы, - тут же обратился к комбату Том.
- А это зачем? – удивился контрразведчик. – Вам же не в атаку идти…
- Сэр, просто патронов бывает либо очень мало, либо мало, но больше негде взять, - ответил лейтенант, вызвав невольную усмешку своим ответом. Но патроны и даже еще один ручной пулемет Томпсон у полковника все же выбил. А назначенный ротным сержантом парашютист Гарри Эткин даже успел получить.
Так что к приходу транспорта «рота» уже была готова ко всему.

+7

107

Эх, жалко, что прода редко выкладывается, ждем продолжения.

0

108

На войне, как на войне

Девятнадцать человек, все уцелевшие после месяца боев из подчиненной Томпсону роты, сидели под деревьями и слушали неожиданный концерт.
Найденная в Сен-Мер-Эглиз гитара, плюс свободное время и плохое настроение вызвали у лейтенанта редкий приступ творческой активности. И сейчас до солдат доносился импровизированный текст, почти без рифмы, но очень понятный любому, пережившему то же, что и они. Пока получалось что-то вроде:
- Эх, бокажи... камни да кусты
Все вокруг в тумане
Не видать ни зги…
Выстрел грянет,
Ворон кружит…
Твой дружок на поле
Неживой лежит…
Месяц боев за расширение плацдарма дорого стоил англо-американским армиям. Особенно досаждала местность, словно специально приспособленная для отражения наступления. Огромные земляные стены, густо переплетенные корнями деревьев и кустарников, которые ограждали каждое поле, называемое местными жителями «бокаж», оказались непреодолимыми для танков, не говоря уже о колесной технике. Каждая такая изгородь представляла собой естественный рубеж укрепленной обороны. А на полуострове Котантен труднопреодолимые участки местности дополнительно перемежались с широкими заболоченными участками, тоже непроходимыми для танков и прочей техники, которая, таким образом, оказалась привязанной к дорогам. Такие условия сильно уменьшали возможности реализации превосходства союзников в технике, заставляя вести ближний пехотный бой при ограниченной артиллерийской и авиационной поддержке. Но как раз в этих условиях назначенный командиром роты Томпсон показал, на что способен. Потери у него были почти до последнего дня самыми низкими, при этом его рота наступала успешнее других.
Все изменилось позавчера.
Батальон, сбив очередной заслон немцев, вышел по дороге к  окраинам очередной деревушки с труднопроизносимым французским названием и крепкими каменным домами, приспособленными немцами к обороне. Уставшие парашютисты, ворча, копали окопы. А Том, отправив комбату посыльного с докладом о прошедшем дне, спокойно и умиротворенно допивал чашечку отличного натурального кофе. В бывшей немецкой землянке, в которой теперь разместилось управление роты, было тихо. Связисты еще не успели протянуть телефонную линию, а ротная радиостанция недавно вышла из строя. Так что Томпсона никто не беспокоил. Где-то затрофеенный пронырливым ротным сержантом настоящий итальянский кофе из Эфиопии был великолепен на вкус и бодрил, словно смывая накопившуюся усталость. Он уже допил чашку, когда появился посыльный и принес записку от комбата. В которой сообщалось, что на сегодня больше никаких наступлений не будет. Что привело временного капитана Томпсона почти в настоящую нирвану. Еще бы, ночь на месте, да еще сравнительно обустроенном. Немцы атаковать вряд ли решаться, судя по наблюдениям. «Значит, можно будет отдохнуть», - решил Том, задавив появившиеся сомнения и забыв знаменитые строки Киплинга про отсутствие отдыха на войне.
Как только он решил, что можно отпустить ротного сержанта и связиста, установившего в землянке телефон, где-то неподалеку вдруг залаял немецкий пулемет. Затем несколько раз громыхнуло, со стен и потолка укрытия посыпалась земля. Несколько комков ударило Тома по голове, заставив выругаться.
- Что, черт побери, происходит? – естественно, на это вопрос не смогли ответить ни недоумевающий не меньше Томпсона Ковбой, ни схватившийся за ручку своего желто-кожаного аппарата связист.  Не дожидаясь ответа, Том подхватил лежащий на нарах карабин, каску, и, отодвинув заменяющую дверь немецкую плащ-накидку, выбежал навстречу разгорающейся перестрелке. - Что за…, - английский был слишком слаб, чтобы передать увиденное, а пользоваться рвущимся на язык русскими выражениями Том побаивался.
А посмотреть было на что. Две машины, небольшой «виллис джип» и более тяжелый «додж-три четверти», непонятно как проскочившие по дороге до передовых окопов, стояли на шоссе. Мотор у джипа, въехавшего передними колесами в воронку, еще работал, но за рулем уже никого не было видно. «Додж» же понемногу разгорался, получив, видимо, трассирующую или зажигательную пулю прямо в бензобак. От машин отползали, пытаясь отстреливаться с полдюжины солдат в американской форме. Приглядевшись, Томпсон заметил, что у нескольких на плечах поблескивают погоны, не полевые, а по моде штабников – повседневные.
Ожесточенная перестрелка тем временем не стихала. В нее включился и трофейный крупнокалиберный пулемет, которым ловко пользовался расчет МакГроу. В ответ немцы еще раз обстреляли расположение роты из минометов, но на это неожиданно ответила приданная батальону батарея четырехдюймовых минометов. Разрывы их тяжелых снарядов послужили весомым аргументом для германских оппонентов, даже несмотря на малую эффективность мин против заранее подготовленных укреплений. Стрельба постепенно затихла, стали слышны крики: «Санитары!». Укоризненно покачав головой, Том повернулся к стоящему рядом Ковбою и скомандовал.
- Давай, сардж, сгоняй туда и уточни, что произошло, - и добавил, подмигнув. – На глаза начальству разрешаю не показываться. Узнай, что и как, и мухой ко мне. Ясно?
- Да, сэр, - шутливо вытянулся в стойку смирно Уэйн. – Разрешите выполнять?
- Вали, - Томпсон развернулся ко входу в землянку и в это мгновение полог откинулся и из нее выглянул связист.
- Господин капитан, сэр! Вас, сэр! Подполковник Краузе, сэр!
Пока Ковбой разбирался, что произошло, а Том докладывал по телефону о том, что видел сам, понаехавшие гости пришли в себя. И в землянку вошли уже вполне оправившиеся от неприятностей, а потому особо злые полковник и первый лейтенант.
-   Капитан Томпсон, сэр! Командир…, – начал доклад Том, но был остановлен небрежным взмахом руки.
- Полковник Мессенджейл, оперативный отдел штаба. Где подполковник Краузе?
- На связи, сэр! – протянул ему трубку телефона Томпсон.
- О-отли-ично-о, - как-то неприязненно растягивая гласные, ответил полковник. – Всем выйти из укрытия. Сэм, проследите, чтоб никто не подслушивал. Вам ясно, капитан Томсон?
- Ясно, сэр! Прошу извинить, сэр, Томпсон, сэр! – снова вытянувшись, ответил ему с иронией попаданец,  очередной раз припомнив приказ Петра Великого.
- Действуйте, - небрежно отмахнулся Мессенджейл и заорал в трубку – Краузе, это вы?! Есть очень серьезный разговор, подполковник!...
О чем разговаривали лощеный штабной франт и командир десантников конкретно, никто так и не узнал. Но итогом этой весьма нервной, судя по лицам уехавшего в тыл полковника и появившегося через полчаса комбата, стал приказ на атаку селения. В лоб, практически без артподготовки и без поддержки танков.
- Но, сэр… - попытался возразить Томпсон. И сейчас же замолчал, рассмотрев выражение лица подполковника. – Есть начать атаку сразу после авианалета!
Обещанная авиационная поддержка появилась еще через двадцать минут. Восьмерка «мустангов» в варианте А36 сбросила на большой скорости примерно двадцать штук двестипятидесятифунтовых бомб. Накрыв частично вражеские позиции, а частью – чистое поле, они столь же стремительно удалились.
- Атака! – мысленно поежившись, отдал приказ Том. По выпущенной красной ракете тяжелые минометы попытались изобразить что-то вроде огневого вала, а десантники его роты неохотно и недружно вскочили в атаку. И практически сразу залегли, попав под огонь не менее четырех пулеметных точек. Томпсон бросил взгляд в сторону второй роты, надеясь, что его такак отвлекла внимание немцев и на том участке положение лучше. Но и там лежащие в чистом поле солдаты поспешно окапывались, стараясь укрыться от огня «машиненгеверов»…
Три последовательные попытки атаковать закономерно закончились после с огромных потерь десантников. Попаданцу было удивительно видеть, как американские парашютисты рвались в бой не хуже его соратников из будущего. И вопреки мнению некоторых экспертов, отнюдь не трусили, идя в безнадежные и смертельно опасные атаки. Несмотря на потери…
А сегодня Том поминал тех, с кем начал службу в армии, прыгал с парашютом и сражался бок о бок на Сицилии и во Франции. И в первую очередь – сержанта с именем и фамилией знаменитого исполнителя ролей ковбоев-победителей. 
- Сэр? – раздавшийся у входа голос заставил его отложить гитару и привести в порядок форму. Спрятав  за импровизированный столик початую бутылку коньяка, он еще раз осмотрел палатку и ответил.
- В чем дело, капрал?
- Сюда едет джип подполковника Краузе, сэр.
- Понял, Джон. Построй солдат, я сейчас выйду.
Подъехавшего комбата, вместе с которым приехал незнакомый пехотный майор, встретили по полному армейскому церемониалу, с построением и докладом. После доклада, приказав распустить солдат, подполковник отвел Томпсона к джипу и тут познакомил с майором.
- Майор Дженсен, военная контрразведка, - полюбовавшись на откровенное удивление на лице Тома, Краузе усмехнулся и добавил. – Это совсем не то, о чем вы подумали, лейтенант (временного капитана Том уже лишился, вместе с превращением роты в усиленное отделение).
- Да, лейтенант Томпсон, вас мы, конечно, ни в чем не подозреваем, - присоединился к нему Дженсен. – Нам нужна помощь…
Как выяснилось из дальнейшего разговора, в тылу англо-американских союзников действовала небольшая, но весьма эффективная разведгруппа немцев.
- Оставили они ее специально, или группа образовалась случайно, мы пока точно сказать не можем, - предупредил возможный вопрос Тома контрразведчик. – Скорее всего первое, учитывая любовь джерри к порядку. Да и подготовка у группы достаточно высокая. По некоторым данным, все члены группы хорошо владеют как английским, так и французским языками…
- Извините, господин майор, сэр. Это все интересно, но при чем тут я и… мои люди? – перебил контрразведчика Том. – Я, как и мои солдаты к агентству Пинкертона или ФБР не имеют никакого отношения. Мы обычные парашютисты…
- Я знаю, лейтенант, - перебил Томпсона Дженсен. – Но вы и ваши солдаты зарекомендовали себя хорошими профессионалами. А у нас нет настолько подготовленных бойцов. Группу военной полиции, которая столкнулась с этими… «невидимками», они уничтожили в течение нескольких минут. Поэтому мне нужны хорошо подготовленные бойцы, способные адекватно реагировать на любые неожиданные изменения обстановки. Приказ генерала Эйзенхауэра позволяет мне привлечь любое подразделение. Я выбрал вас. Вам ясно, лейтенант?
- Так точно, сэр, - показательно вытянулся Том. – Когда выступаем?
- Через полчаса, - посмотрев на часы, ответил Дженсен. – Нам выделили грузовик и один «динго», они подъедут к этому времени. Собирайте солдат.
- Полковник Краузе, сэр! Разрешите получить дополнительные боеприпасы, - тут же обратился к комбату Том.
- А это зачем? – удивился контрразведчик. – Вам же не в атаку идти…
- Сэр, просто патронов бывает либо очень мало, либо мало, но больше не унести и негде взять, - ответил лейтенант, вызвав невольную усмешку своим ответом. Впрочем, майор, как и любой американский офицер, преклонялся перед огневой мощью, и возражать против довооружения десантников не стал. Том еще подумал, что если бы он запросил еще и парочку минометов или крупнокалиберных «браунингов», майор стал уважать его еще больше. Так что патроны и даже еще пару ручных пулеметов Томпсон у полковника все же выбил, а назначенный ротным сержантом Гарри Эткин даже успел все получить до отъезда.
Поэтому к приходу транспорта «рота» уже была готова к любым испытаниям. Которые в ближайшее время заключались в долгой и довольно таки разбитой дороге, ведущей на запад, среди бокажей и пострадавших во время боев деревушек. Впрочем, до моря они так и не доехали, остановившись в уже знакомом десантникам Сен-Мер-Эглизе.  И поселили их рядом с тем самым домом, в котором они держали оборону в «День Д». Том только успел проверить, как разместились его подчиненные, как прибыл посыльный с вызовом в штаб-квартиру контрразведки. Которая располагалась, как оказалось, совсем рядом, на соседней улице, в ничем не примечательном домике без всякой внешней охраны.
Зато внутри, в небольшом коридорчике, Томпсона остановил  вооруженный сержант, уточнил по телефону – ждут ли Тома.  И потом провел в помещение, наспех переоборудованное в кабинет из обычной жилой комнаты. В которой его уже ждали уже знакомый майор-контразведчик, а с ним – высокий и стройный, словно сошедший с плакатов вербовщиков, капитан в безукоризненно сидящей, подогнанной по фигуре форме.
- Знакомьтесь, капитан, - кивнул майор, - это и есть наш герой.
- Лейтенант Томпсон, сэр! – вытянулся Том. Майор укоризненно покачал головой, а капитан, усмехнувшись, протянул руку и сказал, слегка растягивая слова.
- Мы не на строевом смотре, Томпсон. И выполняем одно дело. Поэтому - давайте без чинов. Самуэль Кошен, можно просто Сэм.
Томпсон с трудом удержал на лице маску бравого вояки, стараясь не показать своего удивления. Но, пожимая руку и ответно приглашая называть себя просто Томом, он бросил взгляд на майора. И заметил на лице контрразведчик некий слабый отклик своим ощущениям.
«Знает, собака змейская, - понял Том. – Проверяет? Ну, заяц, погоди…»
- Скажите, Сэм, а у вас нет родственников, работающих на Гувера? – криво усмехаясь, спросил он.
- Есть, - ответил удивленно Кошен. – Двоюродный брат. Вы с ним хорошо знакомы?
- Встречались, - ушел от прямого ответа Том. – Помниться, он неплохо распутывал самые запутанные криминальные тайны.
- Ну, в таком случае, вы будете отнюдь не разочарованы и в нашем Кошене, - хитро улыбаясь, заметил майор. – Да, можете называть меня просто Джо, Том… - Дженсен присел, жестом предлагая им занять свободные стулья.
- К делу, парни. У нас большая проблема, - внимательно следя за реакцией Тома, продолжил майор. – Группа отлично подготовленных и вооруженных нацистских фанатиков бродит у нас по тылам, как у себя дома. И нам необходимо ее срочно нейтрализовать. По прикидкам аналитиков, - он кивнул в сторону капитана, - в группе от четырех до семи человек, причем некоторые неплохо говорят на английском и французском... Возможно, на американском английском. И знакомы с жизнью в США и Англии. Вооружены, в том числе и бесшумным оружием, владеют навыками рукопашного боя, - майор замолчал, доставая из ящика стола какую-то папку.
- Связь с центром поддерживают? Радиоперехваты? Пеленгация? – коротко спросил Том.
- А вы неплохо ориентируетесь, - одобрительно заметил капитан. И переглянулся с майором.
- Я же американец, - усмехнулся Томпсон, - Америка всегда на острие прогресса.
- Это точно, - кивнул майор. – Только вот перехваты нам пока ничего не дали. Шифр нестандартный.  А запеленговать..
- Они постоянно меняют место выхода на связь, - вставил замечание капитан. Майор подтверждающе кивнул.
- Так вот, есть данные, что по крайней мере часть из этой группы готовились для совершения диверсий против командования армий союзников накануне вторжения. Но из-за нашей высадки оказались у нас в тылу и перенацелены на выполнение этой задачи здесь, в Нормандии. Ну, а заодно устраивают диверсии. Вчера опять подорвали склад горючего, - майор достал из папки карту и несколько снимков – вот здесь, - показал Дженсен.
- Рядом с городом, - отметил Том.
- Вот именно. Поэтому мы вас сюда и привезли, - констатировал контрразведчик.
- Хотите подсечь, как форель? На «мушку»
- Сообразительный молодой человек, - снова усмехнулся майор. – Сэм, может поручить руководство операцией ему? С его-то привычками…
- Спасибо, Джо, лучше уж командуйте вы, - отпарировал Том. – У вас опыта побольше. Я просто хотел бы знать, что вы придумали для меня и моих парней.
-Ходят слухи, что сюда, как в один из первых освобожденных американцами городов, должен приехать Эйзенхауэр, - ответил майор.
- Вы думаете, джерри клюнут на столь простую уловку? – удивился Томпсон. – Не такие же они идиоты… Но есть идея… Рисковать нападением на главкома, которого будут охранять, они естественно не станут. А вот попытаться захватить его адъютанта и доверенное лицо…
Контрразведчики переглянулись.
- Которого буду изображать я, - подумав, добавил он. – И которой, как станет известно немцам, очень любит быструю езду на «виллисе», не ожидая бронетранспортера охраны.
- То есть, вы будете наживкой, - покачал головой Сэм. – Как у вас со скоростной стрельбой? Билла Хикока или Дока Холлидея опередите?
- Я? – рассердился Том. - Запрсто.
- Да что ты о себе возомнил… - начал капитан и замолчал, глядя в неизвестно откуда появившийся в руке Тома «браунинг».
- Н-да. Вот вы и «убиты», причем оба, - рассмеялся Томпсон.
– И вы надеетесь захватить немецких диверсантов врасплох? Да они вас издали в решето превратят, прежде чем вы среагировать успеете. А уж спутников… - ответил Дженсен.
- Я планировал ехать без шофера, а наших людей разместить в засадах на пути, - медленно убирая пистолет в кобуру, ответил Том.
- Все равно глупо. Застрелят и уйдут, даже с вашим владением оружием. Так что…
- Стоп..., - Томпсон замолчал, раздумывая, оба собеседника тоже.
– А если пустить слух, что Айк приезжает сюда не просто так. Посмотреть на первый освобожденный город… это предлог. А на самом деле здесь размещен склад с супер-пупер-оружием, благодаря которому война закончится намного быстрее. И главком приезжает лично проверить, как тут обстоят дела.
- А что, может получится, - за пару мгновений оценив предложение Тома, ответил Сэм.- Немцы очень любят всякие сказки о «вундерваффе» - чудо-оружии… Но надо все продумать. Получить добро от командования. Да и склад, где его возьмешь… строить придется.
- Зачем? Как я помню, на въезде в город стоит автомастерская. При ней довольно обширный гараж. Причем все это несколько в стороне от остального квартала… - Том дерзко подмигнул майору.  – И присутствие моих парней сразу станет ясно – усиление охраны…
- Идея конечно сырая, но богатая, - согласился в итоге майор. – Мы ее еще обдумаем. А пока – вы свободны, можете отдыхать. И проследите, чтобы ваши десантники не шатались пока по городу. Посидите пару дней взаперти.
- Есть, сэр! – шутливо отдав честь, поднялся со своего места Том. – Будем сидеть, как мыши под веником.
- Ага. Операция «Том и джерри», - засмеялся Кошен. Через мгновение к нему присоединились и Дженсен с Томом…

«Том и Джерри» Серия …надцатая.

Опять мерно гудели моторы. Закрывая небо над Голландией, армада транспортных самолетов мчалась на север, к зонам высадки. К тому самому «самому далекому мосту».
Сидя на своем обычном месте, Том посматривал в иллюминатор закрытого на этот раз люка. Но кроме кусочка неба и летящих сбоку самолетов ничего больше не видел.
«Черт побери, ну читал же я что-то про эту высадку. Помню, что там сильно потрепали парашютистов неожиданно оказавшиеся на месте высадки немецкие танкисты. Но всех потреплаи, или только англичан? Черт, черт, черт… говорили же в свое время – учиться, учиться и учиться. Глядишь и меньше пришлось бы переживать, - несмотря на полный раздрай в мыслях, лицо Тома ничего не выражало. По крайней мере, он так надеялся. В роте почти две трети новобранцев, любое сомнение в исходе предстоящего дела могло вызвать панику.
Однако с капитаном Кошеном Том все же встретился. И свои сомнения по поводу скорого завершения войны и отсутствия у немцев резервов ему высказал. Но что значит мнение двух капитанов, если генералы думают иначе? Только вот последствия как раз капитанам расхлебывать приходится. «Хотя иногда они и сами находят приключения на свои головы», - улыбнувшись, подумал Том. И вспомнил…

Отредактировано Логинов (22-08-2016 14:04:19)

+9

109

Логинов написал(а):

-Ходят слухи, что сюда, как в один

пробел после тире

Логинов написал(а):

Я? – рассердился Том. - Запрсто

запросто

Логинов написал(а):

Но всех потреплаи, или только англичан

потрепали

+1

110

«Том и Джерри» Серия …надцатая

Опять мерно гудели моторы. Закрывая небо над Голландией, армада транспортных самолетов мчалась на север, к зонам высадки. К тому самому «самому далекому мосту».
Сидя на своем обычном месте, Том посматривал в иллюминатор закрытого на этот раз люка. Но кроме кусочка неба и летящих сбоку самолетов ничего больше не видел.
«Черт побери, ну читал же я что-то про эту высадку. Помню, что там сильно потрепали парашютистов неожиданно оказавшиеся на месте высадки немецкие танкисты. Но всех потрепали, или только англичан? Черт, черт, черт… говорили же в свое время – учиться, учиться и учиться. Глядишь и меньше пришлось бы переживать, - несмотря на полный раздрай в мыслях, лицо Тома ничего не выражало. По крайней мере, он так надеялся. В роте почти две трети новобранцев, любое сомнение в исходе предстоящего дела могло вызвать панику.
Однако с капитаном Кошеном Том все же встретился. И свои сомнения по поводу скорого завершения войны и отсутствия у немцев резервов ему высказал. Но что значит мнение двух капитанов, если генералы думают иначе? Только вот последствия как раз капитанам расхлебывать приходится. «Хотя иногда они и сами находят приключения на свои головы», - улыбнувшись, подумал Том. И вспомнил…
Группа диверсантов  действительно насчитывала всего пять человек. Но это были самые отборные бойцы невидимого фронта из тех, что могла подготовить нацистская Германия. Трое из них отлично говорили по-английски. Причем один из этой тройки, Александер Купер по кличке Хугимун, был урожденным англичанином, точнее - шотландцем, а еще двое – Кеннет Минчин и Альфред Берри – американцами. Так что поймать их на незнании карьеры Ди Маджио или использовании устаревшего слова «газолин» вместо «бензин» (автор использовал русские аналоги, чтобы было понятнее) было практически невозможно. К тому же четвертый и пятый члены команды были французами,  знавшими большинство здешних мест. А точнее  - семейной парой эльзасцев, давно уже поселившейся в Нормандии, с самого конца Великой войны и разгрома Второго Рейха. Причем работать на разведку эта славная парочка начала чуть ли не со школьной скамьи. И благодаря их опыту и интуиции группа диверсантов пока была не поймана ни лайми, ни янки, сумев нанести им порядочный урон. Правда, при богатстве атлантических союзников, уничтоженные диверсантами склады были не более чем каплей в море. Но, как мудро заметил Эдуард (тот самый эльзасец) во время спора с Кеннетом об эффективности их действий: «Диверсанты войну не выигрывают, они помогают ее выиграть. Иногда нехватка одного гвоздя может привести к поражению». Тут же Альфред вспомнил знаменитую притчу Франклина: «Не было гвоздя – подкова пропала… враг вступает в город, пленных не щадя, потому что в кузнице не было гвоздя». На этом споры в группе и закончились.
Однако когда Лаура принесла услышанную в разговоре пьяненьких солдат новость о складе «чего-то секретного, на что приедет полюбоваться сам Айк», Альфред Кристен первым заявил, что таких совпадений просто не бывает и все это похоже на ловушку. Но несколько дней незаметных наблюдений за объектом и приказ из Берлина заставили его смирится с планом Берри – убить Эйзенхауэра и подорвать склад, обстреляв его из реактивных противотанковых ружей…
А в это время группа Томпсона, да и не только она, трудились не покладая рук. Пришлось действительно создать склад на огороженной территории бывшей автомастерской и завести туда несколько тонн ящиков, помеченных грозными на вид надписями (с ботинками). Контрразведка нашла даже полковника, похожего на главнокомандующего и несколько раз засветили его в поездках.
Однако кое-кто из начальства, подсчитав расходы,  решил, что игра не стоит свеч и операцию пора сворачивать. Но тут диверсанты рванули еще один склад с бензином, оставив без горючего готовящуюся к наступлению английскую дивизию. На всех дорогах в тылу опять появились усиленные патрули. А на «складе вундерваффе» началась усиленная суматоха, какая обычно бывает перед прибытием высокого начальства в любой армии мира.
- А вот и наши голубки, - передавая бинокль Тому, довольно произнес Сэм.
- Скорее вороны, хотя и голуби срут даже на лету, - проворчал Том.  – Как я и говорил – заняли этот дом. Жаль хозяев…
- Конечно, из других такого сектора обстрела никак не получается, - отозвался Кошен. – А с хозяевами… - он вздохнул, - а ля гер, ком а ля гер.
- Ладно, пропустим, - Том аккуратно положил специально доработанный, чтобы не давать бликов бинокль на полочку и повернулся к Сэму. – Берем сейчас, иди ждем приезда «Айка».
- По плану, как только появится кортеж.
- Тогда пошли.
Как ни странно,  взятие диверсантов прошло гладко и даже как-то обыденно. Пятерка десантников во главе с Томом, пользуясь тем, что основное внимание диверсантов было приковано к дороге, подобрались под прикрытием кустарника к черному ходу. Как только на дороге показалась колонна, один из парней, вооруженный бесшумным карабином «ДеЛизл», снял стоящего у  окна часового. И через то же окно, они почти не нашумев, забрались внутрь. Однако, мадам Кристен, охранявшая входную дверь, услышала шум. И выглянувший из кухни в прихожую десантник получил пулю в лоб. Но теперь скрываться было уже незачем и в ответ грянуло сразу три ствола. Очереди автоматических карабинов прошили диверсантку насквозь, отбросив ее к стене. Тело незадачливой шпионки медленно сползало вниз, марая побелку алыми кровавыми полосами. А парашютисты уже установили импровизированную установку. Щелкнула пружина. Граната, стремительно промчавшись вверх, рванула на лестнице. В ответ из полуоткрытой двери простучала очередь. «Английский «Стэн», - машинально отметил Том. Пули впивались в стены, портя побелку
- Черт косорукий! Чтоб тебя…! – выругался на наводчика один из парашютистов. И выпустил длинную очередь вверх, вдоль лестницы.
Второй раз громко щелкнула пружина. На этот раз прицел был точен. Граната, проломив дверь, взорвалась.
Том и его напарник, сержант Эткин, поливая перед собой лестницу очередями, бросились верх. Длинный, самый длинный на памяти Толика и Тома забег по лестнице верх закончился в разгромленной спальне. Куда, перед тем как войти, Толик, по страой афганской привычке, бросил гранату. Правда, на это раз не выдернув кольцо. И оказался прав. Из-за кровати подскочил, поняв, что взрыва не будет, окровавленный, но боеспособный человек в американской форме. Но, увидев два ствола, сумрачно смотревших в его строну. И готовых выплюнуть смертоносные очереди, бросил пистолет и медленно поднял руки вверх.
А дальше уже вступил в дело Кошен…

+7


Вы здесь » NERV » Произведения Анатолия Логинова » Jeronimo! (Клич американских парашютистов)