NERV

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » NERV » Стартовый стол » Провинциальный лорд (временное)


Провинциальный лорд (временное)

Сообщений 21 страница 30 из 46

21

Прочитал с неописуемым удовольствием. Прямо таки глаза и голова отдыхают и расслабляются.

Буду очень ждать продолжения. Спасибо за замечательный текст.

0

22

Шаман, как и всегда, был навеселе. Было бы странно, если бы это было не так... Впрочем, на сей раз у шамана был вполне веский повод даже напиться в хлам – умер его старый приятель, живший неподалёку от Замостья. Магом этот тип не был, но имел немалую коллекцию книг и артефактов, совершенно не нужную наследникам. Коллекция, равно как и земля с домом, тоже не интересовашие наследников, отходили мне, но шаман и Хели точили зубы на коллекцию, а я пытался сообразить, что мне со всем этим делать...

Но сначала стоило бы посмотреть, что там такое, и мы отправились на место.  Тут мы впервые увидели лошадь шамана... И, скажу я, это было нечто. Шаманова кобыла была под стать хозяину – старой, крепкой и чудной. Неопределённо-пегая, с постоянно задранным хвостом и гнусной мордой матёрого жулика... и соответствующим нравом. В жизни не видал такой наглой кобылы, а я много чего видел...
По дороге шаман рассказывал о своём приятеле – отставном имперском чиновнике для особых поручений, за годы службы собравший много интересного. Часть коллекции шаман видел неоднократно, но часть хранилась в подвале, и о ней хозяин предпочитал не распространяться... Вот на неё-то Хели и облизывалась – Свет знает, что там могло быть, ибо никаких записей старик не вёл. Да и у библиотеки никакой описи не было, так что позволяло не особенно делиться находками с Высоким Замком... Кое-какие книги и артефакты придётся отдать, но только самые простые и неинтересные. А всё остальное... Что продадим, а что и себе оставим. Впрочем, это всё будем решать потом, а пока что мы неспешно ехали в Замостье, обсуждая дела, творившиеся в Можжевеловых Холмах. Дела творились разнообразные, и в большинстве своём обыкновенные... Кто-то кого-то побил, Лир Бесхвостая Ворона напился, стал буянить и его выкинули из трактира, Бренор починил лабораторию после очередного взрыва, Элир Рыжий Волк раскопал горячий ключ...
Так мы и добрались до Замостья, где выяснилось, что родственнички передумали насчёт земли. К счастью, сами они не явились – прислали стряпчего, а его в таких делах можно не опасаться. Стряпчий-маг – это чепуха, не бывает таких. Мелко это для мага... Стало быть, заморочить ему голову будет легко, если он вообще полезет в библиотеку.

Стряпчий и не полез – он вообще не стал заходить в дом. Просто сунул бумаги на подпись, получил её, золотой и убрался. В трактир, надо полагать...
В доме сейчас не было даже слуг, так что нам никто не мешал спокойно его обчищать. Начиная с библиотеки, естественно – там точно не требовалось особых предосторожностей. Кусачие книги, по счастью, бывают только в сказках... Но тут и без сказок всякого хватало – трактат «О совершенных ядах», например, которому в такой библиотеке явно не место. И в цепких ручках одной северянки им тоже не место, если уж на то пошло. Маг она, конечно, сильный, но даже все остальные архимаги её считают беспринципной сволочью... А это, знаете ли, показатель.
Ну и ещё несколько книг явно не стоило отдавать даже архимагам – благо, никакой описи действительно не было, и доказать никто ничего не сможет. А если попробует, то получит в лоб... Ну да ладно, это к делу не относится – в отличие от изрядной стопки книг на столе. Ну да, увлеклись, но увезти всё это будет не особо сложно – увязать и навьючить их несложно, а вот что делать с артефактами... Ну то есть, выложенная орихалком коробка у нас была, но вот хватит ли её – большой вопрос. Судя по книгам, могло и не хватить.

Коллекция и впрямь оказалась богатой – коробки не хватило. Пришлось заколдовать мешок... Потому как коллекция была хоть и богатой, но довольно однообразной – исключительно боевой. Да такой, что законным способом её собрать старичок не мог никак. Похоже, в своё время ещё не старичок вёл весьма бурную жизнь... Как бы не покруче моей, а я много чего повидал.
– Бойко жил дедок, – хмыкнула Хели, подцепив мизинцем одну цепочку. – Тебе бы вот эту штучку – так и колено целым осталось бы. А вот эта штучка  в Империи под запретом, и зря, между прочим... А вот эта – совершенно правильно запрещена... Слушай, ну нельзя это всё тут оставлять! Сгребай всё, дома разберёмся.
Я послушался и сгрёб всю коллекцию, которая действительно не поместилась в коробку, так что мешок тоже пригодился... Хели была в восторге – ещё бы, такая добыча! Ей, конечно, придётся поделиться, но ведь никто толком не знает, что там. И значит, самое вкусное можно оставить себе. Правда, неизбежно нашествие всяких официальных лиц и противоположных частей, но это можно и потерпеть. Зато оставшегося нам хватит для небольшой войны... Которую вполне можно ожидать, если верх у наших соседей верх одержат «волки», то бишь воинственные кланы, тогда как сейчас заправляли миролюбивые, они же «олени». А они могут – там всегда то олени волков забодают, то волки оленей загрызут... А ещё дроу есть – эти как выскочат Свет знает откуда, так хоть вешайся. Нет, у нас пока из дроу одна Натирра – но это пока, а слухи ходят...
Впрочем, слухи про дроу ходят всегда – но сейчас слухов стало больше. Может, это ничего и не значило, но когда дело касается тёмных эльфов, всегда стоит преувеличить объём неприятностей. Дроу – народ хитрый, наглый и извротливый, способный на любую гадость, правда, маги они не лучшие, но это не их проблема. Не отравленного оружия у них просто не бывает, это я гарантирую. Ну а пустить его в ход они всегда готовы – это я тоже гарантирую. На собственной шкуре...
Впрочем, Свет с ними, с дроу – пока их тут нет, и пока что стоит думать о добыче. Хели, похоже, уже подумала – уж больно улыбочка знакомая...

Вернувшись домой, Хели первым делом утащила артефакты в подвал, сложила книги в библиотеке и принялась писать архимагу. На самом деле задача не из простых – архимаг Высокого Замка была довольно своеобразной личностью. Начать хоть с того, что своего предшественника она банально зарезала... За что, правда, её только поблагодарили – Анкано был редкостной сволочью. В итоге пять лет назад одна северянка всадила ему в спину нож прямо за обедом. Её тут же объявили новым архимагом – и это лучше всего говорит о том, что крыша у магов течёт насквозь...
Вот такому человеку и надо было написать – да так, чтобы она не решила, что мы что-то припрятали, а тут ещё рысёнок под руку лезет... Рысёнок, кстати говоря, вымахал во взрослую рысь, но именем так и не обзавёлся, что никого не волновало...
В общем, рысь явился, плюхнул голову Хели на колени и принялся мурчать. Пришлось чесать его за ушами, постоянно отвлекаясь от письма... Что написанию никак не помогало. Пришлось его переманивать и утаскивать на кухню, где он немедленно принялся за Гарру. Из которой эта зверюга верёвки вьёт... Так что одним оленьим окороком у нас стало меньше, зато «котик» был на некоторое время обезврежен. Теперь самому бы не мешать жене... Но я сдержался, хотя Хели за письмом – невероятно милое зрелище.

Письмо я отдал Шаграту, отправил его в Замостье к гонцу, а сам спустился с Хели в подвал – разбирать добычу.
Добыча была даже богаче, чем я думал утром – такого количества боевых артефактов я до сих пор не видел... Хотя я это уже говорил. И про кучу всего незаконного – тоже. Но это всё абстракция, а на самом деле всё было ещё веселее. При ближайшем рассмотрении оказалось, что там почти всё запрещено в Империи. На мой взгляд – зря, но у магов свои резоны, и ничего им не докажешь... Даже Хели, которая вообще законы очень своеобразно понимает.
Так или иначе, а просидели мы в подвале до вечера, но добычу разобрали. Хели отобрала с дюжину амулетов и колец, заколдованный кинжал и малахитового орка с огроменным причиндалом. Понятия не имею, зачем ей эта похабень, но она её поставила в гостиной напротив двери, и так он там и стоит до сих пор...
Потом пришла очередь книг – и тут всё было гораздо интереснее, потому как Хели слишком любит читать. Настолько, что когда к нам пришёл один умник, придумавший способ печатать книги – как гравюры, только не целиком, а из отдельных букв – она ему отвалила ему на это пять сотен золотых, потребовав по медяку с каждой книги... Мы с отцом над ней смеялись... Только вот отец до сих пор веселится, а Хели локти кусает – надо было хоть серебряный шильд требовать... Хотя и медяков за год со днём, что уговор действовал, набралось столько... На полторы сотни золотых империалов. Выгодное это оказалось дело – книжки печатать...
Ну так вот, Хели же не может хотя бы не полистать книгу, а то и читать примется – а время идёт. Мы всего с тремя книгами разобрались, когда вернулся Шаграт и привёз мальчишку из трактира. Оказывается, с замостинским трактирщиком кто-то моей старой долговой распиской расплатился. Нормально так – я-то был уверен, что их не осталось... Ну да ладно, пять золотых – не проблема, а расписку я оставил на память. Как-никак без малого десять лет гуляла по всей империи... Редко такое бывает, разве что у дварфов – они частенько такими расписками вместо звонкой монеты расплачиваются...

В общем, до вечера мы с книгами так и не управились. Пришлось оставить до утра, но до послезавтра уложиться надо хоть как. Потому как письмо к тому времени доберётся, а шило у архимага в известном месте побольше, чем у Хели, и с неё станется бросить к нам портал... И главное – сделать это в самый неподходящий момент. И в самое неподходящее место, потому как маяком для портала будет Хели. В общем, добычу надо было разобрать быстро.
Разобрали мы не больше трети, да и то только потому, что книги явно безобидные откладывались сразу. То есть – все не магические, до которых архимагу дела точно нет, и всякая магическая мелочёвка. Кое-что из этого, кстати, Хели посчитала полезным... А вот с остальными было сложнее – их надо было хоть по диагонали просмотреть, а Хели и книги... Ну, я уже говорил.

***
Архимаг Серана действительно появилась очень несвоевременно. Дело было вечером, Хели, разбирая отложенные книги, наткнулась на эльфийский трактат «Истинная любовь», решила опробовать кое-что из него и полезла целоваться. Основательно так, поэтому гостью мы заметили далеко не сразу...
– Хэй, мне можно присоединиться?
Среагировали мы мгновенно – два удара сердца, и с одной стороны из двери торчит кинжал, с другой подпалина от молнии, а между ними стоит, скрестив руки на груди, ухмыляющаяся брюнетка.
– Неплохо, – заявила она. – Так что, мне зайти попозже, или?..
– Архимаг... – вздохнула Хели. – А чувство юмора у тебя всё такое же скверное.
– Леди Серана...
– Оставь, – она отмахнулась. – В Высоком Замке церемонии не в почёте, так что просто Серана, или архимаг, если хочешь. Так, ладно, что вы там нашли?
Я вручил архимагу шкатулку с оставшимися артефактами, в которую она немедленно зарылась, как суслик в зерно.
– Половину, ты, конечно, прикарманила... И не надо делать такие глаза, – архимаг подмигнула, – я бы сделала точно так же. Так... Ну ладно, это всё я забираю вместе с описью – надеюсь, про неё ты не забыла?
Не забыла, хотя когда она успела её составить – ума не приложу. Вроде бы она ничего не писала – а бумаги есть... Магия, не иначе. И опись книг, разумеется, тоже была на месте – и Серану ничуть не обманула.
– Дай хоть почитать, что ты там нашла, – вздохнула Серана, завязав мешок с книгами и капая на узел дварфский воск. – А то ты же как суслик – всё в нору тащишь...
– На, – Хели протянула ей «Истинную любовь». – Может, угомонишься наконец...
– Тебе нужнее, – фыркнула Серана. – А я и так не жалуюсь...
– Ты...
И тут в комнату торжественно вошёл рысёнок. Вошёл, потянулся и вальяжно зевнул...
– Котик! – радостно взвизгнула архимаг, бухнулась на колени и принялась чесать зверя за ушами.
– А она любит кошек, – хмыкнул я.
– Особенно больших и зубастых, – хихикнула Хели.

Разумеется, Серана осталась на обед. Разумеется, рысёнок (который уже не рысёнок) был затискан, наглажен и сожрал чуть не половину жаркого у гостьи. Впечатление производить этот кошак умеет отлично... И никогда не стесняется этим пользоваться. Вон, из Гарры и вовсе верёвки вьёт, зараза кистеухая...
Вообще говоря, Серана мне понравилась – и уж точно не просто внешностью, хотя и тут жаловаться не на что. Встреть я эту черноволосую раньше – наверняка женился бы на ней... Но тут она безнадёжно опоздала.
Что голова у неё варит – это само собой, иначе бы она не была архимагом, но всезнайку из себя не изображает. И не делает вид, что озабочена судьбами мироздания даже в отхожем месте... При этом она действительно много знает, так что поговорить с ней всегда интересно, не то, что с некоторыми.
В общем, с архимагом Сераной мы легко и непринужденно сдружились. Приятное исключение, поскольку почти все архимаги, с которыми я сталкивался, были чванливыми козлами...
Серана ушла только под вечер, причём порталом прямо со двора. Стиль у неё есть, это да... Ну а Хели решила продемонстрировать, что она вычитала в эльфийском трактате,  так что мы отправились в спальню...

***
Если кто подумал, что на этом всё кончилось – он дурак. Мы с Хели оказались дураками – мы решили, что дело сделано. Ага, как же – аж два раза, как отец скажет..
Три дня спустя на нас свалились сразу два архимага. И не абы кто, а Лерион из Башни Белого золота и Рархир из Башни Красного золота.  Эльф и дварф... И чтобы закончить – оба они из Высокой Башни выпустились. Просто какая-то похабная комедия... Ибо взаимная любовь всех трёх Башен всей Империи любимым сюжетом для этих комедий и служит.
Архимаг Башни Белого золота был высоким и тощим эльфом, тогда как архимаг Башни Красного золота типичным дворфом, коренастым и с огромной бородой. Да ещё и в очках совершенно непотребных размеров... Причём с плоскими стёклами.
Встретить друг друга они явно не ожидали, и теперь злобно друг на друга зыркали, а пить, мерзавцы, не желали, хотя Гарра им вынесла кувшин живой воды.  И не стыдно им... А главное – непонятно, зачем они вообще припёрлись. Стоят, молчат, то на меня таращатся, то друг на друга... Вроде как это должно быть страшно, но меня-то ребята покруче пугали... Так что этим ничего не светит.
– Так вам что надо-то? – спросил я, когда мне это надоело. – По делу или так просто? Если без дела, то милости прошу обратно – дел у меня и без того довольно.
Ух, они на меня и вытаращились!.. Просто ужас, до чего захотелось по голове огреть чем потяжелее, но я сдержался. Бить архимага по голове надо без свидетелей и так, чтобы труп далеко не таскать... И чтобы сразу, а то архимагу труп спрятать всяко проще...
Ну а дальше стали они на меня вдвоём бревно катить – будто я какие-то артефакты присвоил. Ну, не то, чтобы они были неправы... Но у нас имеется бумага от Сераны, а с Высоким Замком мало кто потягаться может. Да и вообще, архимагов   в Империи два десятка, а вот в Императорском совете – трое, да и то один из них – придворный... а второй как раз из Замка. Так что катили бревно, да себе же на ноги и накатили. Нет, так просто они не успокоились – бумагу эту они так и этак вертели, и смотрели по-всякому, и колдовали – дварф так даже чернила лизнул. Всё надеялись на фальшивке поймать, бедолаги... А грамота самая настоящая, вот беда-то!
Я до сих пор уверен, что эти двое как-то пронюхали о наследстве, решили на этом деле нажиться и припёрлись, думая нажать на меня. Вот только просчитались – давить я и сам умею. Вот и пришлось им убираться... А тут ещё и шаман явился – и архимагам пришлось бежать.
Шаман был пьян в хлам, что было делом не совсем обычным... И шамана обуяла жажда приключений. А два архимага – это же в два раза больше приключений!

– Здравствуйте! Угадайте, кто я?! – радостно возопил шаман. Узнать его и правда было мудрено – он замотался в одеяло, нацепил на голову штаны, обмотав их ярко-зелёной верёвкой, в одной руке держал метлу, а другой  бурно размахивал.
Ну, Лерион и ляпнул какую-то гадость про шамана. Ой как зря...
– Духи со мной! – заорал шаман, подскочил к архимагам и принялся колотить Лериона метлой – как будто в бубен бил. А тот обалдел и с  дюжину ударов сердца только стоял да глазами хлопал – благо, сильно его шаман не бил, и стоял бы, наверное, и дальше, если бы Рархир ржать не принялся. Эльф отмёрз и на него с кулаками накинулся, шаман их обоих метлой огрел... Коротко говоря, так они со двора и сбежали. А мы с Хели стояли, смотрели друг на друга и пытались осознать увиденное...

Есть у моего отца такое ругательство – «сюр». Так вот это самый настоящий сюр и был – что бы это ни значило. Так я и сказал Хели, когда она поинтересовалась, что это было. Хели переспрашивать не стала – до сих пор не знаю, поняла она меня или просто не оклемалась. Я так точно был малость не в себе – ещё бы, Свет побери... Посмотрел на так и не понадобившийся кувшин, подумал чуток – да и приложился к нему. Полегчало...
Потом я отдал кувшин Хели, она тоже хлебнула – основательно так – выдохнула и обложила всех троих таким загибом, что я заслушался.
– Знаешь, – сказала она, успокоившись, – это даже для балагана перебор. Не бывает такого, ну хоть как!
– Не бывает, – согласился я. – Но ведь было...

Кувшин мы вдвоём уговорили, но живая вода нас толком не взяла – а жаль. От такой фигни только и осталось, что напиться...  Шутка ли – пьяный шаман двух архимагов метлой ушатал. То, что они сами друг с другом сцепились – кто бы ещё поверил, хотя это как раз дело обычное, но шаман... Шаман, справившийся с архимагом – это же по определению невозможно!
Правда, для нашего шамана, когда он пьян, нет вообще ничего невозможного... Но это я знаю, а какой-нибудь столичной шишке такое и в голову не придёт. А виноват кто? Я, само собой... И пришлют ревизию. А ревизия обязательно что-нибудь найдёт – её для этого и присылают. Ну и потом, если уж ревизия припёрлась – обязательно что-нибудь случится.  Хуже этого только смотр, особенно императорский... Вот на нём обязательно случится какая-нибудь невероятная гадость.

Несколько дней мы ждали нашествия ревизии, но дождались только письма от Сераны. Как оказалось, посетившие нас архимаги не рискнули поднимать шум – их бы на смех подняли. С другой стороны, что-то сделать нам они тоже не посмели – шаман явно внушил им почтение... И пришлось им помалкивать про свою поездку и про нас забыть. Потому как слухи пошли, и только чудом не дошли до дворца – а что тогда было бы, представить легко. Вот уж глупости наш император не спускает никому и ни в каком виде...
Принесла письмо Гарра, ездившая в Замостье прикупить всякого нужного, и она же рассказала, чем дело кончилось. Оказывается, эти двое оставили портал в деревне под охраной свиты, так что погонял их шаман знатно... И пил не хуже, празднуя победу, так что ни о чём другом в деревне не говорили до сих пор, а ведь почти неделя прошла. Сам же шаман, проспавшись, отправился общаться с народом и всё ещё где-то шлялся...
В итоге же мы остались с добычей, полюбовались на побитых архимагов, а я ещё и познакомился с Сераной. Отличный результат, без дураков. Вот уж точно отец всегда говорит: неприятности – это просто неправильно понятые приключения...

+20

23

"неприятности - просто неправильно понятые приключения"

ЭТАПЯТЬ!!!

+2

24

Godunoff написал(а):

. Которую вполне можно ожидать, если верх у наших соседей верх одержат «волки», то бишь воинственные кланы, тогда как сейчас заправляли миролюбивые, они же «олени».


Повтор.

+1

25

как подписаться и поставить больше плюсов?

0

26

Меня не назовёшь большим любителем охоты, но и пустой тратой времени я её не считаю. Дело это, как ни посмотри, полезное – тут тебе и мясо, и кожи, и зверьё лишнее повыбить, если его много расплодилось, и с соседями про всякое поговорить... Только не так, как наша знать, которая на охоту только затем и выползает, чтобы в лесу напиться... Знаю, имел несчастье наблюдать, когда мы в столице стояли. Нет, конечно, выпить после охоты – как же без этого, но напиваться до того, чтобы собаку со слугой путать... Нет уж, спасибо!
С тех пор, как мы сюда перебрались, времени на охоту не было... Но вот оно появилось – и мы стали собираться.
Волки явно почуяли, что намечается охота, и встретили меня восторженным лаем. Вот интересно – никогда не слышал, чтобы дикие волки лаяли, а вот ручные брешут только так... И вообще – собаки собаками, наши, по крайней мере.
Волков я выпустил, и они, порыскав по двору и обнюхав углы, расселись у ворот и уставились на меня, помахивая хвостами.
– Уже скоро, – заверил я их и отправился за оружием.
Охотиться с луком я не особо люблю – мне его и на службе хватило, поэтому обычно беру копьё. Взял я его и на этот раз – здоровенную рогатину. Шаграт видел кабаньи следы, а меня такое соседство не устраивало. Дел они могли натворить – закачаешься... А лук пусть Хели берёт – стреляет она хорошо...

Она этого не сделала – решила обойтись магией... Ну, ей виднее, хотя как по мне, так это уже неинтересно. Если только надо быстро мяса добыть, тогда ещё ладно, но если просто охотиться – то нафига? В чём тогда удовольствие? Ну да ладно, кабанов так или иначе придётся перебить, так что и магия пойдёт.
Шаграт зато прихватил страшных размеров арбалет – крепостной, по-моему. Как он его взводить собирался, я представить так и не смог (хотя ничего сложного там нет – он цепляет стремя за колышек, а крюк – за седло, и лошадь его взводит). Выглядело это странно, но попади он в кого – и всё. Второго раза не понадобится...
Вот такой компанией мы и отправились на охоту – я, Хели, Шаграт и волки. Волки, стоило им выскочить за ворота, замолчали и рассыпались по сторонам, вынюхивая добычу, Шаграт положил свой жуткий арбалет поперёк седла, я держал наготове рогатину, а Хели просто смотрела по сторонам... Ну или не просто, а что-то искала – я, конечно, чувствую, когда рядом колдуют, но не такие слабые чары. Вот если их на меня нацелить, тогда почую... Но это к делу не относится.
Разумеется, вдоль дороги ничего интересного не было – то есть, для нас не было, а волки... Волков занимало всё. Каждый куст, каждая кочка – всё было тщательно обнюхано, погрызено, а то и помечено. В каждый просвет в кустах требовалось забежать – и выскочить прямо под копыта... А потом, без всякого перехода, насторожились, сбились в кучу и нырнули в кусты. Шаграт подёргал носом, пожал плечами и принялся заряжать арбалет. Я спешился и принялся изучать землю на обочине – не сказать, чтобы я был следопытом, но кое-что смыслил и следы нашёл быстро. Кабаньи следы, но какие-то мелковатые – молодой, видимо... или у кого-то свинья сбежала. Скот у лесных орков такой же дикий, как и они сами, и с эльфами дело такое же. Так что если свинья без клейма – а она наверняка без клейма – тут ей и конец...
– Что скажешь? – спросил я Шаграта, кивнув на следы.
– Тот побольше был, – покачал головой орк. – Может, они из одного стада... Ну да ладно, волки их либо задерут, либо на нас выгонят.
Словно в ответ ему за деревьями раздался вой, а за ним – истошный визг. Я перехватил рогатину, опустился на колено и упёр подток в землю. И очень вовремя – из кустов с утробным хрюканьем вылетел кабан – и насадился на рогатину. Очень удачно насадился – сдох на месте, а остриё высунулось из загривка на палец-другой. Вытащить я его не успел – из кустов вылетел ещё один кабан, больше первого. А рогатина застряла...
Шаграт выстрелил. Разумеется, равновесия он не удержал... Но болт пробил кабанью башку насквозь и в ней застрял. Ну а двух подсвинков прибили мы вдвоём с Хели – одного я заколол рогатиной, а второго Хели долбанула заклинанием о дерево и сломала ему шею.
Затем из кустов выбрались три волка и принялись суетиться около добычи. Остальные так и сидели в кустах – видимо, поймали ещё кого-то и теперь либо сторожили, либо жрали добычу...

И то, и другое, как оказалось – волки ухитрились задрать свинью с поросятами, и поросят сожрали. Пусть – всё равно, какие-то они мелкие, как будто и не середина осени на дворе... Обычное дело, когда с волками охотишься, иначе никак, да и не так уж много они съедают. На фоне четырех кабанов так и вовсе мелочь..
Осталась одна вещь, которую Хели тут же и высказала.
– А что, это вся охота? – спросила она.
И действительно, судя по солнцу, прошло меньше двух часов. Я всё-таки ожидал большего – добыча в охоте вовсе не главное, кто бы что не думал. С другой стороны, мяса, если его как следует закоптить, нам надолго хватит... Может, и до весны даже, хотя в этом я сильно сомневаюсь. Вот как тут решить, удалась охота или нет? Пожалуй, если брать всё вместе – удалась. Да и Свет бы с ней, с этой чепухой – надо добычу разделывать, а ещё и шаман ведь припрётся...

И разумеется, шаман явился – я за нож взяться не успел. Задвинул про духов, попрыгал с бубном, утащил поросёнка и принялся помогать нам с разделкой. При этом он ещё и требуху хотел прибрать – но тут коса нашла на камень. Печёнку Хели любит не меньше, чем рыбу, и на шамана только что не рычала... Волки – и те впечатлились и на требуху покушаться не посмели. И правильно, потому как кишки тоже пригодятся – колбасу Гарра зарядит обязательно. И вообще, орки требуху любят, так что одну печень шаману Хели всё-таки отдала... Но только после того, как он ей кувшин настойки отдал. Вот, кстати, чего до сих пор понять не могу – как они у него в перемётной суме не бьются. Обыкновенные же глиняные кувшины, и бьются обыкновенно – проверено. А в суме у него всегда несколько штук, по пинте или по две, и что бы он ни делал – они всегда целёхоньки... Бутылки, кстати, тоже не бьются, но как он это сделал... А спрашивать бесполезно – свалит всё на духов, и только.
В четыре пары рук мы управились довольно быстро, погрузили добычу, сразу отправив Шаграта со шкурами в Замостье, и разъехались по домам.
Ожидали мы его к вечеру, а вот чего не ждали – того, что явится он не один.

Вместе с ним явился замостинский староста, который, едва спешившись, принялся жаловаться.
Старосту одолели лисы. Не его одного, но одолели сурово, передушив не меньше половины замостинских кур... Но при этом ни разу не сунулись в курятник. Странные какие-то лисы. И всё бы ничего, да вот только кур в наших краях народ упорно держит во дворе, а в курятник загоняет только зимой, когда снег ложится... Ну или когда случается что-нибудь.
Я, конечно, первым делом решил, что кур просто воруют, но староста мои подозрения тут же отмёл – следов было предостаточно. Именно лисьих, а не каких-то ещё, и следов настоящих...
Причём тут я? Ну так я же лорд, то есть, по мнению местных, мне до всего есть дело и я со всем должен разбираться – будь то крысы в подвале или нежить на кладбище. Странные лисы – тем более... Но это дело меня самого заинтересовало – лисы действительно были необычными.

Лисами мы решили заняться на следующий день – благо, делать было, в общем, нечего. Да и они могли стать настоящей бедой, если обнаглеют. Ну и охота, опять же...
В общем, отправили мы старосту в баню – возвращаться было уже поздно – налили шаману можжевловой и стали думать, что там за чудные лисы.
Шаман, разумеется всё валил на духов, но духи не жрут кур. Я был склонен считать, что это просто выбравшаяся из чащи лиса, а Хели почему-то считала, что это какие-то особые лисы. Какие – Свет его знает, и что там в них может быть особенного, я представить не смог. Лисы – они лисы и есть...
Надо ли говорить, что я ошибался?..

Когда на следующее утро мы явились в Замостье, оказалось, что лисы и до старосты добрались, так что искать свежие следы не пришлось.
Следы как следы – обычные лисьи, разве что вели себя эти лисы уж больно осторожно. Местные себя так не ведут... Местные – наглые и вообще ничего не боятся. Чёткие следы – ночью дождь прошёл, так что до леса мы добрались быстро. И застряли, потому как дальше без собак соваться смысла не было. Пришлось звать Натирру с её псиной и только после этого двигаться дальше. Жабодав, хоть и не гончая, след держал, хотя лисы и петляли почище зайцев. И долго петляли – мили полторы пришлось пройти, не меньше. Но нору нашли... А лис упустили.
И Хели оказалась права – лисы оказались не просто так лисами. Это оказались северные белые лисы, которых отец всё время поминает. Ну, пока что не очень белые – линяют они под снег – но они самые...
– Это что за звери такие? – спросила Натирра, чесавшая стрелой в затылке. – Вроде лисы, а вроде и нет...
– Это северные лисы, – объяснила Хели, – но что они тут делают? Ни разу не слышала, чтобы они южнее Серебрянки заходили.
А от нас до Серебрянки, между прочим, почти неделя пути, и что они потеряли так далеко на юге, я решительно понять не мог. Бескормица? Так сразу за Серебрянкой они бы и остановились – там мышей всегда много, да и, как говорят, не любят эти звери леса. А за Серебрянкой на север, считай, уже пустоши...
– Что ж вам в пустошах не сиделось, сволочи? – вздохнул я.

В общем, самое большее, что мы сделали – прогнали незваных гостей, и хорошо, если надолго. Что насовсем – это уж слишком хорошо, чтобы надеяться на такое...
Я о пустошах вспоминать не люблю – уж больно там скучно. Хотя, с другой стороны, охранять императорских землемеров... Врагу такого веселья не пожелаешь.
– Лорд, а вы в пустошах бывали? – спросила Наттирра, замедлив шаг и глядя на меня щенячьими глазами.
– Был.
– И как там?
– Плохо там, – ответил я. – Сыро, холодно, комаров тучи... Летом несколько дней солнце вообще не заходит, а зимой – не восходит. Орки там кочуют, совсем уж дикие, на оленей охотятся... Скука смертная, короче говоря. Болото.
Наттирра отстала, но в том, что это ненадолго, я не сомневался. Хели покосилась на неё и спросила:
– А что ты в пустошах делал, и почему я об этом слышу в первый раз?..
– Долгая история, – отмахнулся я. – Дома расскажу, хотя ничего особо интересного там нет.

Дома, устроившись у камина и усадив Хели на колени, я принялся рассказывать.
В пустоши меня занесло не просто так – я командовал двумя десятками, которые охраняли пятёрку агентов Общества землемеров и естествоиспытателей, составлявших карту этих земель. И это был ужас...
Во-первых, в пустошах действительно очень скучно. Куда ни посмотри – везде одно и тоже: мох, болото, пучки травы да редкие низкие кусты сосны или берёзы... Да, там так противно, что даже деревья превращаются в кусты – едва по колено, зато непролазные. Ещё там всегда сыро и душно, а гнуса столько, что иной раз и солнца за ним не видать. Ладно ещё один из землемеров был магом и накладывал на нас заклинание против этой гадости – только хватало его ненадолго. Во-вторых, сами землемеры были теми ещё чудаками. Полезть в болото за каким-нибудь цветком – да запросто. Погнаться за какой-нибудь тварюшкой – сколько угодно. Напороться на чем-то сильно недовольного оленя – легче лёгкого. Забрести в стойбище орков и там надраться... М-да, и вспоминать не хочу эту историю.
В сосновые кусты Хели почему-то не поверила, а зря... Эти кусты – дело жуткое, продраться через них и с топором невозможно, а живности там немеряно, и вся, между прочим, кусачая. Лисы, правда, там не живут, но и без них весело. Лисы всё больше по холмам норы роют.
– Вот только непонятно, что они тут делают, – вздохнула Хели. – И будут ли новые...
– Что-то случилось, – ответил я. – И это на самом деле довольно серьёзно – звери приключений не ищут, и с места их только беда какая-нибудь согнать может...
А где зверям беда, там и до людей недалеко, и неделя пути в таких делах – это ой как близко. Надо написать Мейросу – у него на Серебрянке земли, должен знать, что в пустошах творится – и отцу, само собой. Он уж наверняка что-нибудь пронюхал... Но это всё завтра, а сегодня – и тут я встал, подхватив Хели на руки – у нас точно найдутся дела поинтереснее!

+18

27

Зима в Можжевеловых Холмах начинается довольно неожиданно – вот только что была слякоть и грязь – а наутро уже ни облачка, мороз и безветрие. Даже дракон молчит и хвост свесил, а ему ведь даже малейшего ветерка довольно...
Дракон был целиком и полностью творением замостинских мальчишек – явно с подачи кого-то из орков – и я до сих пор не могу понять двух вещей. Во-первых – зачем они это сделали, а во-вторых – где они достали два ярда эльфийского шёлка на хвост. И почему-то мне кажется, что лучше этого и не знать...
С другой стороны, вреда от него никакого, даже наоборот – большой свисток в виде драконьей головы с ярко-красным хвостом смотрится очень недурно и на ветру гудит и свистит, предупреждая о приближении бури. Ну и хвост, разумеется, на ветру развевается.

Всё это очень красиво, но думал я не о том. Думал я о письмах Мейроса...
Первое – наспех нацарапанную дварфским каменным пером записку – гонец привёз через десять дней. Мейрос извинялся и писал, что у него проблемы, но моим землям ничего не грозит, а подробнее он расскажет, когда появится время. Второго – сегодняшнего – пришлось ждать почти месяц...
Витиеватые извинения я пропустил, не читая – любит Мейрос церемонии разводить. Но вот дальше...
«Вы, без сомнения, помните гору Ведьмина Шляпа, знаменующую северное окончание Последних гор. Представьте же наши изумление и ужас, когда эта гора оказалась огнедышащей!
Всё началось незадолго до Солнцеворота, когда местные жители стали жаловаться на дурную воду в колодцах и родниках. Тогда же на горе слышали подземный гул, который, однако, спустя недолгое время прекратился. Однако звери и птицы во множестве стали оставлять гору, так что по прошествии примерно месяца гора совершенно опустела. Тогда же вновь стал раздаваться гул, и гору покинули дварфы, опасаясь большого обвала или прорыва подземных вод...»
Я отложил письмо, достал свои записи и сверил даты – да, всё совпадает. Ничего удивительного, что лисы аж до нас добрались – я бы тоже убрался куда подальше от такого... И Ведьмину Шляпу я помню отлично – этого именно там землемеры устроили попойку с орками... А протрезвев, заявили, что когда-то – немыслимо давно, так, что Зима по сравнению с этим была всё равно, что вчера – гора была огнедышащей, но огонь её угас задолго до Зимы. Угас – а теперь разгорелся вновь.
Я снова взялся за письмо. Мейрос писал: «Всё описанное продолжалось до начала осени, и за два дня до получения вашего письма произошло извержение ужасающей силы. Перед самым рассветом нас разбудило сотрясение земли и последовавший за ним невероятной силы грохот. Выбежав из дома, я увидел там, где была гора, пронизанный молниями столб дыма, освещаемый багрово-алым заревом. С неба начали падать раскалённые камни, которые, по счастью, не были многочисленны и не принесли большого вреда.
Едва рассвело, мы оседлали коней и отправились к горе, которая всё ещё продолжала бушевать. Зрелище, представшее перед нами, было поистине ужасающим...
Верхние сто или даже сто пятьдесят футов пика исчезли, над горой возвышался исполинский столб дыма, на несколько миль вокруг совершенно закрывший небо, так что день стал неотличим от ночи, всё вокруг покрыл пепел, а из жерла изливался поток расплавленного камня. К счастью, большая его часть текла по западному склону, но даже и так все рыбацкие посёлки в устье реки оказались уничтожены. По счастью,  погибли немногие, но немало рыбаков лишилось не только домов, но и лодок.
Пепел и удушливые испарения принудили нас остановиться в миле от горы, но даже здесь разрушения, ей причинённые, ужасны. Думаю, не преувеличу, если скажу, что бедствие поразило весь округ...
Так продолжалось более четырёх дней, но к вечеру пятого буйство стихии пошло на убыль, к рассвету проявляя себя лишь в зловонных испарения, не ослабевающих более некоторой степени, а также почти постоянной, хотя и слабой дрожи. Всё это заставляет меня опасаться, что сон горы весьма чуток. Мне не хотелось бы доставлять вам неудобств, но был бы благодарен, если бы вы изыскали возможность расспросить об этом ваших знакомых естествоиспытателей...»
Я скомкал письмо и бросил его на стол. Неудобства, как же... Неудобно на потолке спать – одеяло падает, как матушка говорит, а соседям помогать всегда удобно. Тем более, что Мейрос человек мирный, несмотря на то, что в тяжёлой коннице служил, и что такое разорённый округ, представляет плохо. А вот я знаю, и очень хорошо, и чем это может грозить мне – представляю отлично. Нет уж, лучше всё это сейчас сделать, да и Мейрос мне обязан будет, а это полезно... И я взялся за перо. И первым делом написал долговую расписку на четыре тысячи золотых – а тысячу можно и монетой привезти. Пять тысяч империалов – это, конечно, для меня многовато, но если народ оттуда побежит...
Покончив с этим, я взял ещё один лист и написал: «Достопочтенный Мейрос! Сочувствую вашему несчастью и готов оказать вам любую помощь, которая только будет в моих силах. Прямо сейчас я готов ссудить вам пять тысяч империалов, не настаивая на возвращении этой суммы в ближайшее время, а также прошу вас сообщить, в чём вы испытываете сейчас наибольшую нужду – полагаю, что смогу выделить из имеющихся запасов хотя бы часть необходимого.
Относительно вашей просьбы могу вас заверить, что написал в Общество землемеров и естествоиспытателей, и вам стоит ожидать гостей уже на этой неделе – таков уж их характер.»
Добавив к этому подходящих к случаю словесных выкрутасов, я подписался, запечатал письмо и принялся за следующее. Надо было действительно написать учёным – так новость до них доберётся на несколько дней раньше, чем через имперскую канцелярию. Надо написать Серане – гора могла выбросить что-нибудь нужное магам, а расположение архимага – не пустой звук. Ну и отцу, само собой – для чего-нибудь оно ему пригодится.

Тысяча империалов – это не только стоимость большого деревенского дома без хозяйства, это ещё и десять фунтов золота. Вроде и небольшой вес – но и сундук для них, окованный сталью, весит немногим меньше. А значит, гонец не только два шильда за фунт потребует, но ещё и препираться будет... Да ещё и охране платить – но зато надёжно.  Имперских гонцов не грабили никогда...
Вот только гонцы в Замостье, и тащить туда сундук предстоит мне – а его никак не навьючишь, хоть он не такой уж и большой. Шаграта-то я, как назло, к Элиру отправил... Ну да ладно, всё равно со старостой поговорить надо – узнать, сколько чего получится Мейросу послать. Он, конечно, кочевряжиться начнёт – но припасы достанет, а не достанет, так ему же хуже.

– Милый, а куда это ты собираешься? – ласковым голосом осведомилась Хели, когда я затягивал подпругу.
– В Замостье, – и, не дожидаясь порции шуточек, протянул письмо. – Читай сама.
Читает Хели быстро – я только вторую подпругу застегнул, а она уже закончила.
– Да, – сказала она, – плохи его дела... Хорошо ещё, что пепельной лавины не было...
О пепельных лавинах я кое-что слышал от тех самых землемеров, и услышанное мне не понравилось. Мне вообще не нравится огнедышащая гора всего в неделе пути, но тут уж ничего не поделаешь... Так что да, Мейросу ещё повезло.

Замостинский староста дураком не был. И размер проблемы представлял не хуже меня, а в чём-то даже и лучше. И первым делом он спросил:
– А много ли там леса погорело, и какого?
– Об этом не сказано, а что?
– Свояк мой, если помните, лесоруб, – начал староста, почесав бороду, – и о деле своём потолковать любит. Вот он и говорил как-то, что если пожар был недолгий, то деревья, особенно толстые, только снаружи обгорают. И ежели горелое стесать, то из остатков пристойная доска выходит. Это, конечно, надо ему самому смотреть... Ну да завтра или послезавтра он с караваном придёт, а я его сразу на север пошлю. Он, конечно, даром не отдаст, но хоть половину скинуть у него совести хватит.
– Это хорошо, – кивнул я. – Что ещё можно выделить?
– Ну, ячменя полдюжины возов легко выделить можно, – тут же ответил староста. – А может, и побольше, ежели не всё продали. Рожь можно хоть всю – не в цене она нынче.
– Вот и отлично, – я вытащил из стопки на столе лист бумаги и быстро написал распоряжение. –  И оркам скажи, чтобы шатры отправили, а то пока ещё новые дома срубят...
Староста кивнул, я поставил на распоряжении печать и принялся за письмо в Сомовый Омут.  Тамошнему старосте тоже стоит поработать головой... Причём в нужном направлении.

Вернувшись домой, я устроил небольшую ревизию припасов, выгнал из подвала рысь и спросил у Хели, поедет ли она со мной к Мейросу.
– Естественно, поеду, – заявила Хели. – Я же должна всё это увидеть своими глазами! К тому же там будет Серана, а я хочу с ней поболтать...
– Тогда собирайся, завтра с утра отправимся.
– С караваном или сами по себе?
– А это уж как получится, – Свет знает, когда обоз соберётся, да ещё обозные всю ночь пить будут, куда же без этого... В общем, хорошо, если к полудню хоть кто-то будет готов. А уж когда они двинутся... А с другой стороны – нам спешить некуда, можем и подождать.
В общем, решили мы посмотреть, как дела пойдут, а там уже и думать – самим идти или обоз ждать, да и стали собираться. Всё-таки не в ближайшую деревню едем и не за степняками гонимся – тут много чего с собой брать надо.

Как мы собирались – это отдельное приключение, ведь надо же «что-то приличное, мы же в гости едем!», и... Это платье не подходит к мантии армейского мага, то – к Тени, как же без мантии Высокого Замка, но к ней не подходит ни один гребень... Здравствуй, блондинка-оборотень – так-то ей на моду наплевать, и ходит она обычно в рубахе, штанах и орочьих махсах или сапогах, а дома и вовсе босиком... а то и без штанов, между прочим.
И так весь вечер, и обязательно каждый раз меня спрашивать – а я не железный, между прочим, на все эти переодевания реагирую нормально... И в итоге из спальни мы выбрались как раз к полудню. И в Замостье, соответственно, явились ближе к вечеру и никого, понятное дело, не застали. Свояк старосты уехал часа два назад, местный обоз – и того раньше... Ну и мы не стали задерживаться. Два коня всяко быстрее десятка телег, до ночи догоним, а там видно будет.
Но прежде всего нас догнал шаман на своей кобыле и выдал такую речугу, что в Имперском Совете не всякий раз услышишь – да, имел несчастье слушать лордов-советников – но смысла в ней было побольше. Суть её сводилась к тому, что, раз духи устроили такое бедствие, то всем окрестным шаманам следует собраться на горе и устроить большое камлание, чтобы угомонить духов. Я, правда, решил, что ему просто интересно, но даже если и так – ничего в этом плохого нет. Мне, в конце концов, тоже интересно...

***
Разумеется, мы не стали никого ждать – и обогнали обозы дня на полтора.
Ну что тут скажешь...  Огнедышащая гора – это действительно страшно.
Уже в полудне пути от горы стали видны следы её ярости – камни и пепел, которого становилось всё больше и больше, пока, наконец, под ним не скрылась земля. Правда, на настоящий пепел он не очень похож – скорее, на мелкий снег... Который забивается всюду хуже пустынного песка, а раздирает всё и того хуже. Правда, строители его любят, но от этого никак не легче, когда эта пакость сыпется тебе на голову. Стали попадаться горелые деревья, а потом и целые проплешины, но всё это было ещё прилично – юг легко отделался.
Поместье Мейроса тоже почти не пострадало, не считая пепла, разбитого камнем курятника... и Мегалкарвен.
Вот кого я не думал даже увидеть, так это её – знаменитости имперского масштаба предпочитают столицу, а она уже давно самый известный художник империи, а не перебивающаяся случайными заработками эльфийка с каменным пером за ухом. Отец тогда дал ей сотню золотых и разрешил не отдавать, если хоть одна её картина окажется в Императорской галерее... А они там все.

– Лорд Дин! – радостно воскликнул Мейрос, выскочив на крыльцо. – Я вам чрезвычайно благодарен, но право же, в этом не было никакой нужды.
За те пять или шесть лет, что я его не видел, бывший капитан латной конницы порядком растолстел, обзавёлся ещё двумя детьми, собакой и лысиной.
– Лорд Мейрос, – я поднял руку, – не стоит благодарности. Я отправил вам обоз с необходимыми припасами – думаю, он придёт завтра к вечеру.
– Не вы один, мой дорогой сосед, не вы один, – Мейрос наставил на меня пузо. – Мне тут уже целый корабль прислали. Отец ваш расщедрился, да и сам скоро будет...
Перебили его сразу двое – Серана, выскочившая из портала, и Мегалкарвен, ворвавшаяся во двор, размахивая над головой связкой больших листов бумаги.
Разумеется, они столкнулись. Специально, спорить могу – по крайней мере, Мегалкарвен, падая, уж слишком впечатляюще задрала платье. Серане задирать было нечего, зато штаны натянулись не менее впечатляюще...
– С-свет... – выдохнула Хели. – Серана, тебе обязательно надо вертеть задницей перед моим мужем?
– Да ладно тебе, – отмахнулась Серана. – Тут же все свои... Так что там с горой? Землемеры попозже будут – они там о чём-то поспорили чуть не до драки. Свет знает, что они там не поделили, но было шумно.
– Ох уж эти учёные мужи, – вздохнул Мейрос. – Ну, прошу к столу!

Кормил Мейрос от пуза – неудивительно, что он служил в тяжёлой кавалерии. Повар у него, конечно, был малость похуже Гарры, но самую малость, а уж медовуха – и вовсе была первосортнейшая. Крепкая в меру, сладкая и ароматная... И пьётся легко и незаметно – я только на третьей кружке спохватился. Да и то, по правде сказать, только потому, что явились  учёные. Во главе с моим старым знакомым Урагом Мордоворотом, что меня ничуть не удивило. В Обществе землемеров и естествоиспытателей Ураг был, во-первых, главным знатоком подземных дел, а во-вторых, самым большим любителем приключений – правда, на учёного он не особо похож. Ну кто бы поверил, что здоровенный степной орк с кучей шрамов на роже – учёный? Что все его шрамы – результат падений со скал? Но так всё и есть...
Ураг поприветствовал хозяина, расцеловал в обе щеки Серану, смачно хлопнул меня по спине, получив тычок кулаком, осушил кружку медовухи и принялся рассказывать. По его словам, нового бедствия в ближайшие лет двадцать можно не бояться, но оглядываться на гору всё-таки надо – мало ли... Ещё он объяснил, что всё могло быть гораздо хуже – будь внутренний жар горы больше, его сила могла совершенно её разрушить или же расколоть землю до самого берега, открыв воде дорогу к огненному нутру горы. Тогда бы тут был залив...  А камни, пожалуй, и до моих земель долетели бы.
Рассказывал он так красочно, что даже мне стало не по себе. Всё-таки нехорошее это дело – огнедышащая гора по соседству. Хорошо, что это не мои земли... А Ураг, между тем, перевёл разговор на ущерб – доходы-то с земель упали, как ни крути. Стало быть, подати тоже придётся урезать... И разложить на всю провинцию, поэтому в выкладки Урага и его компании я загляну, когда они будут – и почему-то мне кажется, что мне это не понравится.
Ну, всё это будет потом, а пока что стоит всё-таки поговорить о чём-нибудь поприятнее. О Мегалкарвен, например.
– Кстати, Мегалкарвен, а вы как тут оказались? – о, Серане тоже интересно... – Вы же, кажется, предпочитаете южные земли?
– Впечатления. Юг прекрасен, но в конце концов приедается всё – и я отправилась в путешествие... И Север меня не разочаровал.
– Да уж... – поёжилась жена Мейроса. – Впечатлений нам надолго хватит... Особенно детям.
Я, припомнив побитый лес, подумал, что впечатлений и впрямь было через край. Когда всё это валится на голову... Да уж, не хотелось бы мне такого.
Ну, и, само собой, отличился шаман. И как раз не тем, что  чудесил... Нет, он вёл себя прилично, пил умеренно, изъяснялся вежливо и внятно и даже поддерживал беседу. Странное, прямо скажем, зрелище – я даже подумал, что медовуха крепче, чем кажется, но нет... А Хели, Свет знает почему, шамана воспринимала как должное. Пришлось и мне смириться и не обращать на шамановы выходки внимания.
Само собой, к тому времени, когда мы вылезли из-за стола, идти к горе уже было поздно. С другой стороны, ночь ещё не скоро, а делать особо и нечего...
– А давайте сыграем? – предложил шаман, достав из сумы стопку тоненьких дощечек где-то в половину ладони. – Научил меня тут один...
Правила игры оказались простыми, а сама игра – на редкость затягивающей, так что просидели мы до ночи, прервавшись только на то, чтобы загнать детей домой, и разошлись совсем уж в темноте. А разбудить нас, между прочим, Мейрос должен был с восходом – иначе засветло не вернуться.

Будить, впрочем, не пришлось никого – едва рассвело, все уже собрались за столом. Мейрос на сей раз решил порадовать диковинкой – отваром из семян какого-то южного кустарника, горьким, но сон сбивающим напрочь. Притащила его, понятно, Мегалкарвен, и всячески расхваливала...
Ну а потом мы отправились к горе.
Мегалкарвен, разумеется, опять набрала бумаги, каменных перьев разной толщины, углей и всяких прочих приспособлений, о которых я и не слыхал. Ураг с помощниками тоже ехали не с пустыми руками – такого количества всяких совков, метёлок, щипцов, ножей всевозможных видов, каких-то совсем уж непонятных инструментов, а также склянок со всякой алхимической дрянью я ещё не видел... Даже у Сераны нашлось несколько странных амулетов, которые она то и дело подносила к глазам. Все остальные на этом фоне как-то не смотрелись...
Чем ближе к горе, тем больше становилось камней, пепла и замёрзшей грязи, обгоревших деревьев – а подлеска и вовсе не осталось. Снега тоже не было, а над пока невидимой горой в небо тянулась белёсая полоска то ли дыма, то ли пара...
Наконец, земля совершенно исчезла под слоем пепла, деревья превратились в обугленные скелеты, а над горизонтом показалась вершина – то, что от неё осталось.

Баатор описывают как покрытую пеплом каменную пустыню, и если это так, то у подножья Ведьминой Шляпы баатезу могло бы понравиться – здесь были только пепел и лава. Всюду реки застывшего камня, пепел и огромные камни, кое-где вырываются зловонные пары... И на этом фоне – мой отец со свитой. Причём отец весьма ловко орудовал киркой, откалывая куски лавы, показывал их свите и что-то им  объяснял.
– О, ты уже тут, – отец сунул кирку кому-то из спутников, отряхнул куртку и хлопнул меня по спине. – Вот уж не удивлён... Спасибо за письмо, кстати – без него землемеры ещё долго бы задницы чесали... Ураг, между прочим, едва деньги вытряс на этот поход.
– Уж не с твоей ли помощью? Кстати, как там мама с сестрёнкой?
– В Жемчужную Бухту на зиму отправились – там же у ней Таари поместье рядом...
– Город цел? – ну да, после того, что они натворили у Бренора...
– Да они всё больше на море сидят, – хмыкнул отец. – Или в море. Ну, думаю, больше мы здесь ничего интересного не найдём – надо идти к горе. Колта, будь любезен, отдай образцы Урагу.
Старый рудознатец поморщился, но мешок отдал. Спорить могу – вернётся и вдвое больше наберёт... Точно у него в роду дворфы были.

По дороге отец с Урагом затеяли бурную, но совершенно непонятную дискуссию о недрах и природе огнедышащих гор, а Мегалкарвен безостановочно рисовала. Я же просто смотрел по сторонам – и не видел ничего знакомого. Лава, выброшенная взрывом, падала здесь ещё не застывшей, распластывалась кляксой футов на пять и больше, поджигая всё вокруг. А ещё был пепел, которого выпало по щиколотку, а где и больше, и дождь, а потом мороз – и все это превратилось в безобразно скользкий камень. А сама гора... Раньше она действительно была похожа на островерхую широкополую шляпу, какие до сих пор носят маги в особо торжественных случаях – но то было до извержения. Теперь вершины просто не было – не меньше сотни футов исчезло, как будто их и не было, склон рассекали несколько трещин, над головой тянулись полосы то ли дыма, то ли пара... Ужасающая, но в то же время завораживающая картина – наверно, так выглядел мир перед тем, как боги покрыли сотворённую землю водой, чтобы остудить и закалить её.
Мегалкарвен спешилась, разложила свои принадлежности и принялась рисовать. Ураг с подручными, рассыпавшись, поскакали к горе, отец снова принялся ковырять пепел, маги искали что-нибудь магическое, а я внимательно слушал Мейроса – надо было поточнее определить размеры задницы, в которой он оказался, а тут у меня опыта побольше. Хотя Мейрос и годами старше, и чинами выше – а вот поди же... Но только конные лучники где только не бывают и всю войну могут на подножном корму прожить, мотаясь в тылу. Это латная конница на всём готовом живёт... И потому я куда лучше знаю, что такое разорённая земля. И на ней порядок наводить умею, хоть и хуже, чем разорять – и то, и другое делать случалось. Мейрос это отлично знает, вот и попросил меня помочь.
Ничего хорошего я ему не сказал – да он этого и не ждал, больше хотел убедиться, что прав. Ну да, прав – земли у горы потеряны лет на пять самое меньшее. С рыбаками попроще будет – лодки они угнали и сети утащили, а всё остальное поправимо, особенно когда лес подвезут.
Добрались мы до самого подножия, но подниматься не стали – это и раньше было не самым простым делом, а уж сейчас – и вовсе невозможно. Камни, смёрзшийся пепел и застывшая лава покрывали склоны, так что даже в самой пологой части склона было не пробраться, а ведь ещё и испарения...

Домой мы вернулись под вечер, шуганув по пути обозных, которые пристроились отметить успешное окончание поездки.
Маги, как я понял, ничего интересного не нашли, по крайней мере, Хели. Серана решила задержаться – но по-моему, она просто хотела отдохнуть от подчинённых... А вот землемеры были просто в восторге и собирались остаться на всю зиму. Все они такие – взять хоть Бренора, тоже... увлекающаяся личность. Впрочем, Ураг хотя бы не алхимик, и потому для окружающих относительно безопасен, хотя Мордоворотом его прозвали не только за рост.
Обсудив за ужином планы, сошлись на том, что Мейрос, если что понадобится, напишет сразу моему отцу, а я пришлю людей, кто пожелает. А желающих будет много – плотникам и каменщикам зимой делать нечего, да и летом много работы не предвидится... Если, конечно, Серебряная Луна чудить не вздумает.
Ну а закончив с ужином и делами, разошлись – как-никак, время позднее, а отправляться завтра рано...

***
Ничего интересного или важного без нас не случилось, и даже Бренор ничего не взорвал. Узнав у старосты новости, мы вернулись домой, посмотрели на небо, на часы – и решили, что дорога осталась одна – баня, ужин и постель.
А ночью выпал снег.
Я проснулся оттого, что Хели, выбравшаяся из постели, раздёрнула занавеси на окне. Одеться она, естественно, и не подумала, и я застыл, любуясь её силуэтом...
– Снег выпал, – сказала она, – и небо ясное... Дин, там так здорово!
– И правда, – согласился я, подойдя к жене и обняв её. – Погуляем?
– Можно... Скажи-ка, а откуда ты знаешь Мегалкарвен?
– Я её не знаю – мы встречались лет тридцать назад, да и то мельком... Ты же была в Императорской галерее?
– А кто там не был ни разу? – фыркнула она в ответ.
– «Маленького воина» помнишь?
– Шутишь? Это же самая первая работа Мегалкарвен! И мальчишка такой милый, ты, наверно, в детстве тоже... – Хели осеклась, сообразив, в чём дело. – Погоди, так это...
– Ага, – я взъерошил Хели волосы. – Это я. Мне было шесть лет, и я очень хотел доказать отцу, что я уже взрослый и меня можно взять на охоту...
– И как?
– Он долго смеялся, но на охоту взял и даже дал из арбалета выстрелить, правда, никуда я не попал, – я улыбнулся. – Весной надо будет в столицу выбраться – посмотреть, что у Мегалкарвен получилось.
– По-моему, она нас позовёт, – Хели прижалась ко мне и хихикнула. – А пока что тебя явно зовёт природа в моём... лице...
И с этим было не поспорить.

Отредактировано Godunoff (16-07-2018 13:51:23)

+13

28

Godunoff

Мне аж захотелось узнать про батеньку ГГ чуточку побольше.

0

29

Godunoff написал(а):

Шутка ли – пьяный шаман двух архимагов метлой ушатал.

Это же шаман)
Да и кто знает, может этот шаман не так уж и прост...

0

30

Солнцеворот... Здесь, конечно, не Пустоши, где в этот день солнце вовсе не восходит, но всё же это самый короткий и тёмный день, и празднуют его здесь куда как шумнее, чем в столице. И без лорда тут никак...
Началось же всё с шамана, который с утра пораньше припёрся и принялся колотить в бубен и петь дурным голосом. И слышно его было отлично, несмотря на двойные рамы и отличное эльфийское стекло в них... Ну да шаман – неизбежное зло, привычное и знакомое. И справиться с ним известно как – кувшином да бутылкой.
Кувшин я ему и выдал – с мёртвой водой, настоянной на полыни. Та ещё косорыловка вышла, только шаман её и пьёт...
– Вуф! – фыркнул шаман, приложившись к кувшину. – Хорошо пошла! Ну, стало быть, и год кончился, духи солнце раздувают, а мехи смазать потребно...
Я вручил шаману кусок солёного сала и поинтересовался новостями.
– Да всякого по мелочи, – пробурчал шаман сквозь сало. – И срочного ничего, так что пойду я, а то ж духи...
– Ну раз духи, то возьми, что ли, ещё кувшин, – предложил я. Кувшин был заблаговременно припрятан у двери, так что тут же и был выдан. Шаман удалился, а я отправился в гостиную – украшать.
Здесь, на севере, на Солнцеворот, дома украшают сосновыми ветками, а не остролистом, но у отца и тут не как у всех – он всегда притаскивает вместо веток целое дерево футов шести и украшает его колокольчиками, золотой и серебряной проволокой, из которой плетутся всякие узоры, бусинами из цветного стекла... Ещё отец очень любит рассказывать сказку про живущего далеко на севере духа морозов, который приносит подарки детям. Ну, я уже лет в семь сообразил, что духи тут не при чём, но сказку до сих пор люблю и при случае рассказываю... И дерево ставлю вместо веток.
С деревом было проще всего – пошёл в лес, нашёл подходящее да и срубил. Главное, чтобы шаман не возражал, а он не возражал – где рубить нельзя, я знаю и туда, само собой, не полез. Да и незачем – там деревья старые, с крепостную башню высотой...
Сосну футов шести с небольшим я нашёл быстро, и приглянулась она мне сразу же – пышная, ровная, ветки крепкие и начинаются не слишком низко... Сразу понятно, что подходит она отлично, и дальше искать смысла нет. Я и не стал – расчистил снег у ствола и не торопясь срубил.

Во дворе опять оказался шаман. Попрыгал вокруг меня, понюхал ветку и объявил, что в дереве поселился добрый дух. Поэтому на него обязательно надо повесить что-нибудь сладкое, а когда засохнет – закопать во дворе. Шаман, что с него взять... С другой стороны, почему бы и нет? Вреда никакого, а польза очевидна – шаман доволен и воду не мутит.
Получив чарку можжевеловой, шаман убрался, а я занёс сосну, поставил на сколоченную Шагратом крестовину  и отправился в подвал – среди всего прочего были у нас сваренные в меду яблоки. Отличная, между прочим, штука...

Мы никуда не спешили, а потому закончили как раз к обеду, не в последнюю очередь – из-за рыси, которому вздумалось поиграть с цепочкой из разноцветной бумаги. Она же шуршит...
Имени, кстати, наш питомец так и не получил, потому как «Скотина кистеухая» – всё-таки не особо подходящая кличка, хоть и совершенно справедливая. Котик, чтоб ему...
Ну так вот, с сосной мы управились к обеду – и как раз появилась Натирра и оба ученика Хели, Темар и Кирни.
Вообще-то они родные брат и сестра, но поверить в это свежему человеку непросто – уж очень они разные. Кирни – самый обычный северянин, русый, голубоглазый и рослый, хоть ему всего двенадцать. Темар четырнадцать, но ростом она даже меньше брата, кость узкая и волосы почти чёрные. И глаза, считай, жёлтые, правда, не как у оборотня... Хотя у её матери такие же, так что и остальное, наверно, тоже – говорят, она уже пришла в наши края седой, а былоей тогда лет пятнадцать...
Ну так вот, пока брат с сестрой таскали яблоки с сосны, Натирра выставила на стол свой подарок – чудную сладость из кусочков крутого теста, перемешанного с медом и изюмом. Степняки такое любят... И начался пир. А что размахом он до столичных празднеств не дотягивает – так кому до этого дело есть? Мы тут веселиться собрались, а не пыль в глаза пускать...
И было действительно весело. Просто так, потому что праздник... Рассказывали всякие истории, болтали о пустяках, не давали шаману петь, наелись от пуза – и настала пора отправляться в Замостье. Бренор обещал огненное представление, и пропустить его не хотелось – всё-таки он мастер, несмотря на постоянные взрывы...

Бренор вытащил из трактира не особо тяжелый, но громоздкий ящик, уселся  на него и приложился к фляге.
– Вот сейчас ещё чуток стемнеет, – сообщил он, – и будет самое оно...
И принялся распаковывать ящик. Ничего впечатляющего там не было – какие-то свёртки и деревяшки, не поверишь, чем оно обернётся...
Пока Бренор разбирал своё имущество, окончательно стемнело, и он принялся за дело. Воткнув в снег палку, он поджёг фитиль и отскочил. Шутиха с пронзительным свистом взлетела и вспыхнула ослепительно-золотым огненным шаром. За ней взлетела вторая, разлетелась синими искрами, ставшими серебряными и погасшими. Третья – ярко-алый цветок, четвёртая – огненное колесо, пятая – что-то похожее на драконью голову...
Всё-таки в этом искусстве с дварфами никому не тягаться – ни эльфам с их магией, ни людям. Вот Бренор – за пару дней в одиночку устроил такое, на что у столичных мастеров не меньше месяца ушло бы... И денег, если уж на то пошло, они содрали бы немерянно.

Возвращались мы уже ночью – хорошо ещё, что луна почти полная и дорогу видно, а то от магического света тени слишком резкие, а валяться на дороге после праздника может что угодно и кто угодно. И валялось – нам тогда бревно попалось и кусок забора, который Свет знает кто и зачем выломал...
Ну а дома я подбросил в камин дров, и мы с Хели устроились в кресле и просто смотрели на огонь. Точно так же, как в тот вечер, когда я позвал Хели замуж... На что она ответила, что всегда считала, что конные лучники – ребята шустрые...
А сегодня Хели просто сидела, прижавшись ко мне, смотрела на огонь и молчала, наслаждаясь теплом. Может быть, тоже вспоминала тот вечер, может быть – что-то другое – я никогда не спрашивал её о прошлом, и не спрошу. Если захочет – расскажет сама, а напоминать лишний раз...
Десять лет назад, когда мы впервые встретились, кошмары мучили её почти каждую ночь. Сейчас – почти никогда. Десять лет назад они были недавними. Этого достаточно, чтобы не задавать лишних вопросов...
– Дин... – тихонько сказала Хели. – Знаешь, я однажды сделала глупость... Мы были молоды и наивны, и я это сделала... Мы все сделали глупость... А потом случилось так, что я выжила, а они – нет...
Тоска уцелевшего – так выражался наш лекарь, и рекомендовал либо долгий отпуск на водах, либо краткий, но горький запой. Не могу сказать, что мне это незнакомо... Но вот так потерять весь отряд – маги обычно работают четвёркой – да ещё и очень скверно... Не тот случай, когда стоит узнавать подробности.
И я просто обнял Хели, а она прижалась ко мне и молча заплакала. Я гладил её по спине, шептал какую-то чепуху... Постепенно она успокоилась и прямо в кресле заснула. Хели... Такая Хели, что поделать.
Я подхватил её на руки и отнёс в спальню – она не проснулась, только покрепче уцепилась за меня и что-то пробормотала.

Проснулись мы довольно поздно, да и то из-за грохота и криков. Кричала Гарра, и кричала она на рысь – видимо, негодяй порезвился на кухне.
– Света ради, что за вопли с утра?.. – проворчала Хели, приподнимаясь на локте. – Эта скотина котёл свалила, что ли?
– Похоже на то, – согласился я. – Хорошо ещё, если пустой...
Потому как если в котле что-нибудь было, Гарра его сама съест без соли.

Вскоре крики смолкли, а рысь, подцепив лапой дверь, просочился в спальню. Вид при этом он имел настолько виноватый, что нам стало смешно. Потрепав его по голове, я поцеловал Хели в нос и выбрался из постели. Как раз успели одеться, когда явилась Гарра и позвала завтракать. Заодно и рассказала, что случилось – мы угадали, это был котёл. Отличный чугунный котёл, в котором Гарра тушит мясо – а там как раз маринад настаивался... И ведь не было там мяса, а теперь и маринада нет, а кое-кто основательно получил метлой по куцему хвосту, потому как испортить стряпню Гарры – это преступление...
Гарра ушла, и Хели, глядя на дверь, неожиданно спросила:
– Дин... Ты никогда не спрашивал о моём прошлом – почему?
– Потому что, – я встал у неё за спиной и приобнял за плечи, – я доверяю тебе. Потому что я вижу, что тебе больно вспоминать. Потому что знаю – ты сама расскажешь, если захочешь. Знаешь, в моём прошлом тоже всякого хватает, о чём не хочется вспоминать...
О да, я многое хотел бы забыть, да не выйдет – одно Нашествие чего стоит. Только вот первый день года – не лучшее время для таких воспоминаний. Я зарылся носом в волосы Хели и сказал:
– Знаешь, давай не будем об этом. Незачем праздник себе портить...
– Дин... – протянула Хели. – Ты мне в ухо сопишь.
И счастливо рассмеялась.

В первый день нового года все обычно отсыпаются и похмеляются, так что гостей мы не ждали... А зря. Потому как стоило мне достать кувшин с наливкой, как тут же явился шаман. И, что удивительно, не один, а с мальчишкой-орком лет десяти.
– Вот, значит, внук мой Джирг, – сообщил шаман, – ученик мой. Только, лорд, его б грамоте подучить, и ежели лорду не в труд будет...
– Я возьмусь, – перебила его Хели, – а ты за это позволишь наблюдать за учёбой.
Шаман почесал в затылке. Потом почесал нос. Потом подёргал себя за бороду. Потом, наконец, высказался:
– Духи его знают... Так-то оно как будто и ничего тайного нет, но такого раньше никто не просил... А, ладно! Согласен!
– А моё желание как бы никого не волнует, что ли? – буркнул Джирг.
– Мал ещё, чтобы тебя спрашивать, – буркнул шаман. – Ну, стало быть, ясного солнца, а нам пора. Стало быть, как пройдет праздник, пришлю я негодника...

Шаман ушёл, а я спросил:
– Ну и зачем оно тебе?
– То есть, наличие у него внука тебя не удивляет?
– А должно? С шаманов никто обет безбрачия не требует, на бобыля он не похож... И всё-таки?..
– Видишь ли... – Хели подошла к окну и принялась что-то высматривать. – Очень мало известно о шаманском обучении, да и вообще о шаманах не особо много известно. И ведь не скажешь, что они всё это как-то особо скрывают... Теперь я знаю, в чём дело – им просто в голову не приходит что-то записывать! Ну да,  те же лесные орки не всегда писать умеют, но шаманы-то худо-бедно грамотные! Ну и системы у них нет никакой – кто в лес, кто в кабак, колдуют от балды, о Планах хорошо если краем уха слыхали... Но всё у них работает, а уж когда речь заходит о сущностях, им и вовсе равных нет! А нормальные, по всем правилам обученные маги... Да сам знаешь!
Ну да, знаю. Слышал. И шутка про колдуна, который вместо суккубы призвал инкуба – не такая уж и шутка, только обычно всё бывает сильно хуже.
– То есть, ты хочешь вывести теорию шаманской магии?
– Ну да.
Да уж... Сейчас Хели – маг шестого круга, до пятого ей не хватает только грамоты, а её только на Равноденствие выдадут, на собрании. Для третьего круга надо минимум два собственных заклинания... А вот новая теория – это уже магистр и титул Учителя учителей. А таких сейчас только трое... И Хели запросто может оказаться в их числе.
– Я тебе говорил, что ты гений?
– Не припоминаю, – нахально заявила Хели, – так что давай-ка исправляйся...

Делать было нечего, но и дома сидеть не хотелось, и Хели предложила отправиться в Замостье. На лыжах.
Ну... Не сказать, что я на лыжах не держусь, но до жены мне далеко – она с Белого берега, а там зимы хоть и не такие суровые, но снега ещё больше, чем здесь... И вот уж там народ на лыжах мало что не с рождения бегать умеет. Мне с ней в этом не сравниться – и Свет бы с ним. Всё одно, всаднику лыжи редко нужны...

Не сказать, чтобы мы спешили – а всё равно получалось быстро. Помедленнее, чем на лошади, конечно, но всё-таки... И к тому времени, когда мы добрались, местные ещё толком не проснулись и не похмелились. Исключение составляла Натирра, но эльфы, на зависть всем остальным, похмельем не страдают. Поэтому она собрала стражу и принялась их лечить обычным армейским способом – упражнениями. Стража, как ни странно, не возмущалась, даже орки – а они, как и всякие орки, муштру ненавидели в любом виде... Видимо, им было хуже всех – впрочем, по ним этого никогда не скажешь, орка на пьянстве подловить непросто, тут нужен навык. И у Натирры он был – интересно, откуда?..
– Ясного солнца! – окликнул я компанию. – Что, вчера ничего не оставили, что ли?
– Ясного солнца! – отозвалась Натирра. – Так Раз и Риз меры же  не знают...
– А сама-то... – буркнул кто-то из близнецов.
– А я, в отличие от вас, могу вовремя остановиться, – ехидно сообщила дроу. – И пью вино, а не этот ваш ужас.
Орки переглянулись, но промолчали...

Следующей остановкой, естественно, был трактир. Надо было отправить гонца в Сомовый Омут – узнать, не случилось ли там чего, да и трактирщику монету дать надо. И посмотреть, как он это воспримет...
Есть в Старых землях такой обычай: в первый день нового года лорд даёт трактирщику медную монету с дыркой, и тот её вешает над очагом. А когда приходит время жатвы, тот, кто срезал последние колосья, бежит в трактир, хватает самый большой кувшин пива и требует выкуп. Ему отдают эту монету, а он кладёт её в кувшин и наливает всем жнецам...
Ну так вот, трактирщик монету взял, покрутил, да и повесил над очагом. И ни слова не сказал, только хмыкнул тихо. Что ж, посмотрим, что дальше будет...
Из трактира заглянули к старосте, пропустили по чарке – и на том все дела в Замостье и кончились, да и солнце уже к закату шло. Пора и домой, если охота засветло добраться.

Обратный путь оказался интереснее – подвернулся нам заяц... И тут Хели меня уделала без всякого труда – подцепила тупым концом копья, подбросила и поймала на наконечник. Я так не умею... Впрочем, мне это и не надо – у меня лук есть, и вот тут уже Хели со мной не тягаться.
Зайца Хели повесила на пояс, и мы прибавили ходу – темнело уже заметно, а вернуться хотелось бы более-менее засветло. Я собрался сделать толковое, по правилам землемерной науки, описание своих владений, чем прежний владелец не озаботился. Но для этого, прежде всего, нужно было хоть немного разобрать кипу заметок, собравшуюся у меня с весны, и выбрать нужные... И хотелось бы начать ещё сегодня, да при дневном свете, или хоть не при одних лампах – заметки больно уж мелким и корявым почерком писаны.

Впрочем, вернувшись, я решил отложить дела на завтра. Поздно, устали с дороги, так что и начинать смысла нет. А вот завтра, пока Хели будет занята с учениками, я и займусь делом. А заодно, пожалуй, и о собственных приключениях что-нибудь напишу, благо, было их предостаточно... Пусть кое о чём рассказывать и нельзя, но и того, что можно, не на одну книгу хватит. И с этой мыслью я отправился за стол.

Хели, снова устроившись у меня на коленях, тихо заговорила, глядя в огонь:
– Нас было четверо. Эн-Ри, ловкач и проныра, для него не было закрытых дверей – нам на беду... Тала – мы жили в одной комнате, и она сразу стала мне по-настоящему родной, не то, что семейка... Тарн, моя первая любовь... Мы были вместе с первых дней учёбы – вместе и навсегда, как если бы одна мать вскормила нас... Мы учились и проказничали, бывало, дрались, но между собой не ссорились никогда, хоть, бывало, и спорили до хрипоты. Мы были лучшими учениками, нам обещали блестящее будущее... Может, так оно и было бы, да только... Знаешь, тогда я впервые узнала счастье. Верные друзья, любимый, приключения... Наша четвёрка зачищала подземелья, охотилась на чудищ, казнила отступников, и когда началась война с Ордой, так же, четвёркой, поступили на службу... А потом был Дин Бели. Они остались там, все... А я... Я не могла понять, почему мне нельзя быть с ними, вместе и навсегда...  А потом встретила тебя, и... – И Хели расплакалась, вцепившись в меня.
Я обнял Хели, прижав к себе и шепча на ухо какую-то чепуху. Постепенно всхлипы становились всё  тише, и в конце концов Хели успокоилась и заснула – опять... Пришлось опять нести её в спальню, и снова она никак не хотела меня отпускать – да и Свет бы с ней. Мне и самому не слишком хотелось её отпускать – легко представить, как она себя чувствует после таких откровений! Вот так разбередить старые раны...

Но первое, что я увидел утром – совершенно безмятежная Хели, спящая у меня на плече. А может, и не спящая – стоило мне пошевелиться, как она открыла глаза и улыбнулась.
– Знаешь, – тихо сказала она, – мне приснилась наша четвёрка... И это был не кошмар, как раньше. Надо было раньше всё это тебе рассказать... А, ладно, чего теперь жалеть – всё одно сделанного не поменяешь, а так хоть кошмаров не будет.
Хели потёрлась носом о моё плечо и неожиданно добавила:
– Знаешь, у нас говорят: первый день на весь год, какой он был, таким и весь год будет... И вот уж скучать мы в этом году точно не будем!
– Да уж, – я улыбнулся. – Скучать нам тут явно не придётся... Особенно шаман заскучать не даст!

+15


Вы здесь » NERV » Стартовый стол » Провинциальный лорд (временное)