NERV

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » NERV » Стартовый стол » Настоящий шотландец.


Настоящий шотландец.

Сообщений 21 страница 30 из 41

21

[fragment="Последствия"]  Василиск пробыл сенсацией пару недель, но постепенно привыкли и к нему — тем более, что все преподаватели собрались безжалостно наверстать пропущенную неделю. Тем не менее, «тайная ложа» была относительно свободна — и всю свою энергию могла направить против Локхарта. И, разумеется, так и было сделано…
      Правда, количество шуточек пришлось уменьшить, компенсируя качеством, но главное — несколько оговорок Локхарта вызвали у Хендри подозрения. Он написал о них крёстному, тот обещал разобраться…

      Разбирался он до начала февраля, поэтому письмо было встречено с огромным нетерпением. Правда, внешне это не проявилось никак — Хендри, отвязав письмо, тут же убрал его в спорран и продолжил завтракать. Никто не обратил на него внимания — Хендри крайне редко читал почту за столом, только Локхарт настороженно покосился… Но он уже давно шарахался от Хендри и компании, и письма не заметил.

      Письмо было торжественно вскрыто после уроков в присутствии всей компании. Сириус писал, что Локхарт ни разу не был замечен ни в чём предосудительном, но и в чём-то полезном — тоже. Шанс поймать его на горячем был, но так себе…
      — Значит, продолжим наблюдения, — подвёл итог Хендри. — Остальное уже лично мне… И кстати, скоро же четырнадцатое февраля…
      — Волосатая задница Мерлина! — охнула Гермиона. — Локхарт же обязательно устроит какую-нибудь фигню!
      — А кто мешает устроить фигню нам? — поднял руку Рон.
      — О, точно! — Хендри хищным жестом поправил очки. — Да будут Луперкалии!
      — Хендри, я всё понимаю, — заметила Гермиона, — но вряд ли в Хогвартсе найдутся два отморозка, которые согласятся бегать по нему голышом. Нет, в тебе я не сомневаюсь, но…
      Её перебили близнецы Уизли. Просочившись вперёд, они выдали:
      — Сестрёнка…
      — Гермиона…
      — Мы тоже…
      — Читали…
      — Плутарха…
      — И будем…
      — Луперками!
      — Именно этого я и боялась… — пробормотала Гермиона, уткнувшаяся лбом в ладонь.

      Расследование взяла на себя Гермиона — чтобы, как она сказала, не думать о грядущем безумии. Тем более, что для этого необходимо было внимательно перечитать локхартовскую писанину, а это само по себе было подвигом, достойным Креста Георга.
      Вид Гермионы, углубившейся в очередную книгу, никого не удивлял — но стоило кому-то разглядеть книгу… Впрочем, на все вопросы Гермиона отвечала, что проводит исследование — и никто почему-то так и не рискнул уточнить, что она исследует. Правда, Локхарт при виде такого усердия вообразил, что лучшая ученица курса прониклась его гениальностью… И сиял так, что Луна даже изобрела новый глагол — «павлиниться», который моментально прижился.
      Хендри не возражал — в конце концов, чем больше шкаф, тем громче он падает.

      Валентинов день полностью оправдал ожидания… Большой зал был разукрашен сердечками, купидончиками, вонял приторными духами и слепил глаза дебильно улыбающимся Локхартом в золотой мантии.
      — Доброе утро! — радостно воскликнул он. — Давайте радоваться этому прекрасному празднику и посвятим этот день любви! Уверен, профессор Снейп с удовольствием научит нас варить любовное зелье! А хитрый старина Флитвик — знаток не только чар, но и очарования — уверен, он не откажется преподать пару уроков!
      Снейп явно прикидывал, как бы половчее отравить Локхарта, а вот Флитвик, судя по нехорошему блеску в глазах, был очень даже не прочь дать несколько уроков соблазнения… в гоблинском стиле, естественно.
      — Весь этот день, — продолжал разливаться Локхарт, ничего не замечая, — мои купидончики-письмоносцы будут разносить валентинки, и каждый из вас может поздравить свою половинку или признаться в любви!
      Он взмахнул палочкой, двери распахнулись… И в Большой зал ворвались близнецы Уизли в спортивных плавках и карнавальных масках. Они понеслись по залу, улюлюкая, выкрикивая малоприличные пожелания здоровья на латыни и колотя всех подряд какими-то кусками меха, подозрительно похожего на шубу Хагрида.

      В зале воцарился бардак.
      Локхарт, явно ожидавший чего-то другого, открывал и закрывал рот с видом человека, которого посередь Нобелевской речи ткнули булавкой в зад. Снейп попытался плеснуть в близнецов соком, но попал в профессора Синистру — та в ответ швырнула в него кубок с силой и меткостью, достойными боевика «Чёрных Пантер». Флитвик, подвывая от хохота, сполз под стол. Макгонагалл обозрела близнецов и одобрительно кивнула. Кэти Белл и Алисия Спиннет во все глаза таращились на бушующих Уизли, истекая слюнями, и были в этом не одиноки…

      Конец этому хаосу положил Филч. Фред был стреножен метким броском чёток, Джорджу под ноги подвернулась Миссис Норрис — и минуту спустя «луперки» были выдворены из зала под речь о дисциплине, унитазах и зубных щётках.
      — Гилдерой, мальчик мой, — заметил директор, огладив бороду, — вам определённо не стоило обращаться к близнецам. Это чрезвычайно одарённые, но не всегда здравомыслящие юноши, и их идеи иногда бывают весьма… впечатляющими.
      — Но я не… — заблеял Локхарт. — Они сами… Я ничего не знал…
      — Судя по вашим книгам, — продолжал Дамблдор, — вы — человек предусмотрительный, но вы совершенно напрасно расслабились, мальчик мой.
      Локхарт сбежал.
      — А я и не думала, что они такие красавчики… — мечтательно протянула Лаванда.
      — А могла бы, — хихикнула Гермиона. — У загонщиков всегда отличная мускулатура… Ну да ты тут не одна такая — охотницы явно не прочь поохотиться…
      И она проиллюстрировала свой комментарий непристойным жестом.
      Хендри посмотрел на Гермиону и приподнял бровь — совершенно по-снейповски.
      — Что? — сердито осведомилась она. — Я, конечно, книжный ребёнок, но не настолько же! А ещё есть Фидо и Юзнет… Стоп, ну-ка сделай так ещё раз!
      — Как?
      — Бровью. Ты меня на какую-то мысль чуть не навёл.
      — Поразительно… — хмыкнул Хендри, снова поднимая бровь.
      — Точно, — Гермиона щёлкнула пальцами. — Профессор Снейп — вылитый Боунс, в смысле, Маккой.
      Хендри, не сразу сообразивший, о ком идёт речь, подозрительно посмотрел на побитого кубком Снейпа и заметил:
      — Не вижу никакого сходства.
      — У тебя воображение неправильно настроено, — заявила Гермиона, показав язык.

      Как оказалось — не у него одного. Хендри и раньше становился источником всевозможных диких слухов, но обычно делал это сознательно. На сей же раз всё произошло само собой и так, что сам Хендри вряд ли додумался бы.
      К обеду большая часть школы почему-то уверилась, что Снейп — внебрачный сын Амелии Боунс из Министерства Магии и… Минервы Макгонагалл («мало ли, что она могла себе натрансфигурировать!»)
      — Ta ma de! — высказался Хендри, услышав новости от Лаванды. — Сколько же идиотов в нашей школе?!
      — Много, — ответила Гермиона. — Даже слишком. Никогда не слышала такого бреда…
      — Летнее дитя, — рядом неожиданно появилась Луна, — нет ли у тебя портрета твоего настоящего отца?
      — Колдография, где они все четверо, пойдёт? — спрашивать, зачем ей это, бесполезно — всё равно не ответит.
      — Пойдёт, конечно, мне только уточнить кое-что надо. Она у тебя в комнате?
      Хендри молча кивнул — в башне Гриффиндора Луна чувствовала себя как дома, так что снимок найдёт без проблем. Проблемы будут потом — когда она выполнит задуманное…
      Возможно, он ещё об этом пожалеет.

      Однако жалеть не пришлось. Пришлось удивляться — до сих пор Луна Лавгуд в рисовании замечена не была… А рисунок был определённо её. Изображал он покойного Джеймса Поттера в горчичной мантии и Снейпа в синей, склонившихся над лежащим аврором, при этом Снейп изрекал: «Он мёртв, Джим!»
      — Ну упс… — выдал Хендри, увидев рисунок. — Луна, ну ты вообще…
      — Да, не думаю, что найдётся много понимающих, — заметила Гермиона, зачем-то подцепив пальцем рисунок, — и о том, что чистокровной волшебнице такое знать неоткуда, я даже не говорю.
      — Это же Луна, — пожал плечами Хендри. — Она же абсолютно непредсказуема. Не уверен, что она сама знает, что ей известно…

      Как Хендри и ожидал, для большинства юмор остался непонятным. Причём не только чистокровным — маглорождённые тоже оказывались не в теме. Причём вполне чистокровная профессор Синистра явно опознала сюжет… Снейп остался крайне недоволен, и больше о нём ничего сказать не получалось. Зато проявить это недовольство он не замедлил.

      — Двадцать баллов с Рейвенкло, Лавгуд, — рыкнул Снейп, едва взглянув на рисунок. — И впредь ищите для своей мазни других моделей.
      — Мерлина ради, Альбус, увольте, наконец, этого злобного недоумка! — взорвался Флитвик. — Отменяю снятие баллов! Снейп, немедленно извинитесь перед мисс Лавгуд — это уже переходит все границы! Снимать баллы только на основании бредовых фантазий у нас вроде бы не принято.
      — Северус, мальчик мой, — укоризненно произнёс Дамблдор, — ты только что лишил себя премии. И всерьёз заставил меня задуматься о том, чтобы пересмотреть наше с тобой соглашение…
      — Мисс Лавгуд, мои извинения, — Снейп дёрнул щекой. — Я был неправ, обвинив вас, однако моё отношение к этому рисунку не поменялось.

      — Снейп — идиот, — констатировала Гермиона, хлопнув по столу толстой тетрадью. — Но хотя бы компетентный. Я извела сорок восемь листов на запись явных ляпов и нестыковок в двух книгах, и это только самые откровенные.
      — Определённо, Крест Георга, — заметил Хендри, листая тетрадь. — Ну и ну, а я и не думал, что всё настолько просто будет! Смотри, он тут поминает ифрита в Мекке, а туда не пускают иноверцев… Так, тетрадку отправим Сириусу, а про Мекку предлагаю спросить завтра на уроке.
      — Идёт, — согласилась Гермиона. — Как раз завтра у него последний урок…
      Хендри кивнул, открыл окно и вручил тетрадь Гвенхвивар.
      — Отнеси Сириусу, — сказал он, — и можешь до утра охотиться.
      Сова довольно каркнула, подхватила тетрадь и улетела.

      Результат превзошёл самые смелые ожидания…
      Нет, день начался совершенно обычно — завтрак, почта, кислый Снейп и павлинящийся Локхарт… Близнецы Уизли — и те ничего не замышляли.
      Продолжился день не менее спокойно — до последнего урока, которым была Защита от Тёмных искусств у второго курса Гриффиндора.

      Гермиона подняла руку.
      — Да, мисс Грейнджер?
      — Профессор, я хотела бы уточнить один момент про ифрита в Мекке…
      — Право же, это не стоящий внимания пустяк, — отмахнулся Локхарт. — Проходной эпизод, который даже и не стоило вспоминать.
      — А как вы попали в Мекку?
      — Кончено же, порталом, — ответил Локхарт с таким видом, словно объяснял что-то несмышлёнышу.
      — Но ведь Мекка закрыта для всех кафиров? — с невинным видом уточнила Гермиона.
      — Мисс Грейнджер, воздержитесь от подобных замечаний.
      — Профессор, но разве вы мусульманин? — удивилась Гермиона. — А вы придерживаетесь Пяти Столпов? Но я ни разу не видела, чтобы вы совершали намаз…
      — Что было бы невежливо, мисс Грейнджер, — парировал Локхарт. — Тем более, что молитва есть дело, в некотором смысле интимное…
      — Но ведь шахаду вам ничего не мешает произнести? — не отставала Гермиона. — Это же просто обязательно — произнесение шахады!
      — Мисс Грейнджер, вы становитесь невежливой, — ответил Локхарт. — Не вынуждайте меня лишать вас баллов, тем более, что молитва — дело глубоко личное…
      — Но шахада есть именно публичное заявление… Или, — тут глаза Гермионы нехорошо блеснули, — вы её просто не знаете? И всё, что вы говорили про Мекку — неправда?!
      — Мисс Грейнджер, минус два балла! — возмутился Локхарт. — За сомнения в моих словах!
      — Не имеете права, — заявила Гермиона. — Устав Хогвартса это запрещает!
      — Минус десять баллов за пререкания! — взвизгнул Локхарт. — И если…
      Тут его самым неожиданным образом прервали. Дверь класса открылась, вошёл на редкость непритязательный человек с пером за ухом, и абсолютно занудным голосом объявил:
      — Прошу прощения, мистер Локхарт, но вас срочно приглашают в Министерство магии. Профессор Дамблдор любезно позволил воспользоваться своим камином, и я попросил бы вас поспешить…
      — Ну разумеется, я всегда готов прийти на помощь! — чванливо заявил Локхарт. — пойдёмте, не будем заставлять уважаемого министра ждать…

      Таинственный визитёр и поспешное отбытие Локхарта породило волну слухов и домыслов. Хендри подозревал, что крёстный нашёл что-то интересное в записях Гермионы, но озвучивать свои подозрения не спешил. Намекнуть, однако, решил, и потому, решив опробовать присланный днём граммофон, поставил «The Final Countdown».
      Появление граммофона оказалось неожиданным даже для Хендри, хоть он его и просил. Вернувшись с обеда, гриффиндорцы обнаружили посреди гостиной граммофон со стопкой пластинок, на трубе которого сидел брауни и горланил песенку про пьяного шотландца. Имелась и записка — от Люпина, который сообщал, что граммофон переделан под тридцать три с третью оборота, имеет зачарованную иглу и вообще является временной мерой — они с Сириусом собираются доработать магнитофон для работы в Хогвартсе.
      Часть факультета — маглорождённых, в основном — новость привела в восторг. Остальные не поняли…

      «Последний отсчёт» оказался на редкость к месту — за завтраком Локхарт отсутствовал, а на его месте сидел незнакомый белобрысый парень в новенькой аврорской мантии.
      — Минутку внимания! — объявил Дамблдор. — Я хотел бы кое-что вам сообщить. Итак, вчера выяснилось крайне досадное обстоятельство — Гилдерой Локхарт оказался мошенником. Да, он сумел обмануть всех нас… Ну, а подробности мы все узнаем через несколько минут из «Ежедневного Пророка». И, поскольку у нас нет преподавателя ЗОТИ, аврорат любезно согласился прислать своего сотрудника, чтобы закончить год. Встречайте — Лирой Дженкинс!
      Аврор встал и коротко поклонился.
      — Похоже, должность и правда проклята… — пробормотал Хендри.

      «Пророк» ясности не добавил. Расследовали, арестовали, упустили — видимо, Локхарт оказался не совсем уж бездарью, раз сумел сбежать… И всё. Аврорат то ли делал вид, что всё идёт по плану, то ли темнил просто так. Хендри не сомневался, что крёстный к этой истории имеет самое прямое отношение, но письма от него не было, так что оставалось только гадать… И распускать слухи.
      К обеду весь Хогвартс был уверен, что Локхарт сбежал в Палестину, принял ислам и стал террористом, а также в том, что на самом деле его зовут Абу Тавус, террористом он был всегда, а в Хогвартс приехал вербовать сторонников… Но на самом деле — убить Дамблдора. Или Флитвика. А если подумать и не городить чепухи, то он втирался в доверие и собирался взорвать Визенгамот, когда там будет выступать министр…
      К вечеру градус неадеквата только возрос, и Локхарт превратился в воскресшего Волдеморта, павлина-оборотня, русского чернокнижника и верховного мозгошмыга одновременно. Близнецы, пересказывая очередную версию, просто выли от смеха… Да и остальные были не лучше.
      Хендри всякий раз скалился, услышав новость, но его уж слишком занимало письмо крёстного, пришедшее уже вечером. Письмо было длинным, впечатляющим и — самое главное — объясняло, что произошло.
      Нестыковки, найденные Гермионой, заставили Сириуса поднять собственные архивы и связаться со знакомыми из аврората, и обнаружилось одно упомянутое Локхартом дело. Только вот никакого Локхарта там и близко не пробегало, а работавший с ним аврор ничего не помнит. Стали копать… И откопали такое, что даже бывалые авроры были удивлены масштабом подлости и цинизма.
      Локхарт находил аврора или наёмника, расспрашивал его — а потом стирал память, приписывая заслуги жертвы себе. При этом он даже не слишком скрывался — стоило только копнуть, и уже на следующий день Амелия Боунс выписала ордер на арест.

      Всё это Хендри зачитал вслух, и эффект это произвело сокрушительный.
      Смех затих. Кто-то шёпотом выругался — Перси сделал вид, что ничего не слышал. Расплакалась Лаванда Браун, убежала в спальню и вскоре вернулась и бросила в камин все книги Локхарта…
      — Вот уж не ожидала, что сорвала лавину… — Гермиона Грейнджер прищурилась и на манер сигареты зажала в зубах карандаш.[/fragment]

+6

22

[fragment="Лето"]Судя по всему, годовая норма приключений была исчерпана, и остаток учебного года прошёл спокойно. Даже Дженкинс оказался вполне нормальным преподавателем — впрочем, на фоне двух предыдущих это было несложно…
      Наступили и прошли экзамены, на фоне которых осталось незамеченным сообщение о Локхарте — тот прятался в Гоа, и индийцы не желали его выдавать. Впрочем, за пределами Хогвартса беглый писатель тоже не вызвал интереса.
      Джинни Уизли окончательно поправилась и перестала таскаться за Хендри, зато, похоже, заинтересовалась Уллемом… Словом, жизнь вернулась в обычную колею.

      — У кого какие планы на лето? — осведомился Хендри, бросая в воду камешки.
      — Акихабара, — сообщила Луна.
      — Кстати, — Гермиона достала из кармана листок бумаги, исписанный мелким почерком, — посмотри там что-нибудь из этого. Деньги я тебе дам, но если не хватит — пиши.
      — Я поищу, — кивнула Луна. — Но я в этом не разбираюсь…
      — Просто покажи список продавцу, — отмахнулась Гермиона. — Он разберётся.
      — Хорошо, — согласилась Луна. — А ты сама?
      — Тётя Эмма звала к себе в Ванкувер на пару недель. Сказала, что могу прихватить ещё пару человек…
      — Предлагаешь составить тебе компанию? — поинтересовался Хендри. — Я-то не против, но что дома скажут… Созвонимся?
      — Ага, — Гермиона потянулась. — Я тебе позвоню, когда вопрос решится.
      — Вы вообще о чём? — осведомился Рон, плюхнувшись на траву. — Голова уже вообще не работает…
      — О планах на лето, — ответила Гермиона. — Кстати, ты как?
      — У меня сестра, — хмуро заметил Рон. — Реабилитация, чтоб её… Так что я сижу дома. И братья тоже.
      Упомянутые братья не замедлили появиться. Как обычно — незаметно подкравшись…
      — Знаете ли вы…
      — Что устроил…
      — Лирой Дженкинс? — осведомились близнецы.
      — Беспорядок? — предположил Хендри. — Зная его стиль…
      — Ты…
      — Угадал!
      Дженкинс, как выяснилось, решил отметить успешное окончание командировки в «Кабаньей голове». Что там случилось, близнецы, естественно, не знали — их заинтересовал шум…
      — И вот… — сказал Джордж.
      — Мы узрели… — подхватил Фред.
      — Как Лирой Дженкинс…
      — Вылетает из трактира!
      — Но это не…
      — Сломило его дух!
      — Он закричал:
      — «Лирой Дженкинс!»
      — И снова ворвался…
      — В трактир!
      — Но вскоре…
      — Снова вылетел…
      — С куриной ножкой…
      — В зубах!
      — Ta ma de! — привычно высказался Хендри.
      Выходка вполне в духе Дженкинса — молодой аврор был горяч, вспыльчив и склонен к анархизму… Хотя Луне, конечно, уступал. Уроки он вёл в том же стиле — мог совершенно спокойно напустить на учеников очередное наглядное пособие… Правда, в отличие от Локхарта при нужде мог и сам навести порядок. Больше того, он учил всех желающих основам боевой магии — а желающих нашлось немало. Поэтому проблем с ЗОТИ не возникло ни у кого — хотя до экзамена Лироя поносили почти все.
      Но погром в «Кабаньей голове» вывел Дженкинса на новый уровень. Недосягаемый даже для близнецов, даже не мечтавших о погроме у Аберфорта… Да что там — об этом вообще никто не думал. Аберфорт Дамблдор в вышибалах не нуждался…

      Хогвартс-экспресс покинул станцию. Хендри сидел у окна, любовался пейзажами и пил сельтерскую с таким видом, словно это было шампанское. Напротив него сидела Гермиона, занятая тем же самым и с точно таким же видом. Дополняли композицию Рон, с головой ушедший в вычисления, и Шеймас, который просто спал.
      — Так всё-таки, что мы возьмём на следующий год? — спросила Гермиона.
      — Ты бы, конечно, взяла всё… Но начнём с того, что брать просто нет смысла — прорицания и магловедение.
      — Почему?
      — Потому что Трелони — алкоголичка, и свои способности не контролирует. А магловедение… Ты учебник читала?
      — Нет ещё, а что?
      — О, это нечто по ту сторону добра и зла… — Хендри закатил глаза. — Не поверил бы, если бы сам не видел. Электричество производится розеткой — как тебе такое? А ведь это ещё самое безобидное… Что там дальше, уход за магическими существами? Ну, если бы это была нормальная биология, вопросов бы не было, но… Да и Кеттллберн собирается уходить, пока не превратился в Железного Дровосека, а учитывая вечное отсутствие у директора денег, я боюсь, что новым будет Хагрид. Нумерология… Вот это уже смысл имеет, причём самый непосредственный. Не то, чтобы я любил математику, но без неё никуда.
      — Согласна. Даже Рон это понимает, — кивнула Гермиона.
      — Эй, без намёков! — возмутился Рон. — Короче, я беру нумерологию, а вы как хотите.
      — А руны что из себя представляют? — вернулась к теме Гермиона
      — Чтобы тебе было понятнее — языки программирования, — ответил Хендри. — Рунами можно записать любое заклинание, а ещё из них можно сделать заготовку, которая сама свернётся в заклинание…
      — Беру! — тут же заявила Гермиона. — Наконец-то нормальная теория!
      — Не сильно обольщайся, — посоветовал Хендри. — У магов вообще плохо с теорией… В общем, руны и нумерология?
      — Именно! Рон, что, говоришь, будешь брать?
      — Нумерология и что попроще, — зевнул Рон. — Не все же такие умные… Уход, наверное, возьму — он скорее пригодится, да и сложного ничего нет…
      — Рон, ты лентяй, — вздохнула Гермиона, вновь наполняя стакан.

      На платформе, как обычно, царил бардак, приправленный здоровой долей безумия. Безумие обеспечивал Лавгуд в костюме Джокера, раздававший автографы и сыр.
      — Берегись мозгошмыгов, Летнее дитя, — изрекла Луна, спускаясь на перрон.
      — И тебе не хворать, — отозвался Хендри. — Всем пока, Гермиона, жду звонка.
      — Ага!
      Отец ждал у каминов, как и всегда, на сей раз — в компании матери и Мэг.
      — А вот и наши заклинатели змей… — с широкой улыбкой заявил он. — Надеюсь, больше вы ничего не натворили?
      — Ничего, — честно ответил Хендри. — Меня тут в Ванкувер приглашают…
      — Дома обсудим, — заявила мать. — Уходим, иначе мне придётся раскланиваться с Малфоями, а это совсем не то, чего бы мне хотелось…

      Само собой, поездка в Ванкувер требовала семейного совета. И сразу после ужина Хендри заявил, что хотел бы поехать.
      — Я только за, — тут же заявил Килан. — Посмотришь мир, заведёшь полезные знакомства — тем более, что наши знакомые в Оттаве…
      — В Монреале тоже есть, — поправила мужа Диорвел. — Но да, я тоже согласна, вот только с кем?
      — Роберт, — припечатала Анна. — Пусть займётся серьёзным делом, а то ведёт себя, как мальчишка… Кстати, Мэг, у тебя же конференция в Ванкувере?
      — Я за твоими внуками следить не собираюсь, — сразу же заявила Мэг. — Я там пробуду всего четыре дня, и все четыре с утра до вечера буду занята. Хотя сланцы Бёрджес показать могу…
      — Ура! — высказался Хендри.

      Гермиону возможность побывать на горе Маунт-Стивен привела в восторг. Переждав волну радостных писков, Хендри уточнил даты, положил трубку и устроился за компьютером — требовалось выяснить хоть что-нибудь о магическом сообществе Канады… Хорошо ещё, что хотя бы часть американских магов не относилась с демонстративным презрением ко всему магловскому и компьютеры имела. Более того, эта часть имела ещё и модемы и даже собственную эхоконференцию…
      Подключившись — как ни странно, с первого раза — Хендри загрузил конференцию, собираясь сперва просмотреть новости — и хмыкнул, увидев свежую цепочку: «От: Хотэл-Голф. Тема: Магический Ванкувер.»
      — Ну да, не я один такой умный, — хмыкнул Хендри, развернув переписку.
      Само собой, половину переписки занимала ругань между Ильверморни и Эль Масаррой, но для эхи это было делом обычным, а оставшаяся половина всё-таки была по делу. Судя по ним, магический район Ванкувера был похож на Косой переулок с индейским акцентом, немного увеличенный в размерах. Это было, как минимум, интересно… Наиболее полезные ответы Хендри даже распечатал, после чего с чистой совестью включился в дискуссию — естественно, отстаивая честь Хогвартса.

      — Значит, Хотэл-Голф? — осведомился Хендри, когда обе компании встретились в Хитроу. — Почему-то меня это решительно не удивляет.
      — Ну меня же не удивляет, что ты на неё подписан, — пожала плечами Гермиона. — Большинство там гики вроде меня…
      — Не знаю, кто это, но от большинства завсегдатаев этой эхи ты отличаешься в лучшую сторону, — заверил её Хендри. — А я на неё подписался ещё перед Хогвартсом, так что знаю, о чём говорю.
      — Да ладно, есть там и нормальные ребята, — хмыкнула Гермиона. — Пошли, наш рейс объявили.

      Большую часть полёта до Торонто Хендри проспал. Всё остальное время ушло на бурную дискуссию об английском футорке и его преимуществах перед скандинавским футарком, а также о перспективах графических оболочек фирмы «Майкрософт» и применении магии в авиастроении. Роберт попытался напомнить про Статут, но успеха не имел…
      — Когда мы придём к власти, — нахально заявила Гермиона, — Статут будет отменён одним из первых указов. Всё равно тут его никто не соблюдает…
      — Потому что американцы вообще готовы поверить во что угодно, — неожиданно включилась в разговор старшая Грейнджер. — Отсюда — бесконечные теории заговора, поиски инопланетян и прочее. И если рядовому американцу рассказать про магию, он просто решит, что перед ним очередная порция конспирологии, и на этом успокоится. И даже если кто-то увидит магию и станет об этом рассказывать — на фоне прочей чуши этого никто не заметит. Так что, как я поняла, тут и память чистят редко, и к детскому колдовству относятся спокойно… Что, уже посадка? Вот это мы заболтались!..

      Тётя Эмма выглядела скорее старшей сестрой Гермионы, и Хендри внезапно и подумал, что в идеях Анны было рациональное зерно. Если Гермиона через несколько лет станет такой же… А ума ей и сейчас не занимать… Хендри потряс головой и отбросил посторонние мысли. Об этом можно будет и позже подумать, а пока что у него и других дел хватает — в конце концов, он же никогда раньше не был в Канаде!
      Тем более, что Ванкувер впечатлял, хоть ему и не хватало размаха и монументальности Британии, но ведь Канада не может похвастаться столь же долгой историей…
      — Гери, рада тебя видеть! — Эмма сгребла племянницу в объятия. — Сестричка Джин! О, да вы с гостями? Ну да ладно, места хватит на всех… Хотя Гери придётся сидеть у Хендри на коленях.
      — Эмма, — вздохнула Джин Грейнджер. — Опять ты за своё… Надеюсь, ты обойдёшься без сыра?
      — А причём тут сыр? — Эмма уставилась на сестру с явным недоумением. — Аллергии у тебя вроде бы нет…
      — Дело не в аллергии, дело в одном чокнутом любителе сыра. За пять минут заколебал! — сердито фыркнула Джин. — Чудик, каких поискать…
      — Бывает, — согласилась Эмма. — Чудики — они такие… Ну что, поехали?

      Ездила Эмма на здоровенном внедорожнике, своим брутальным видом дико контрастировавшим с хозяйкой и вызывавшем оторопь у всех, кто видел эту картину впервые. Роберт так и вовсе чуть челюсть не отвесил, увидев такую машину.
      — Всё больше и больше, — прокомментировала Джин. — Будь ты парнем — списала бы всё на комплексы…
      — Таскать толпу народа и кучу аппаратуры на чём-то надо, — пожала плечами Эмма. — А на грузовиках модели не ездят, знаешь ли. Садитесь давайте, места хватит.
      Места действительно хватило, хотя Гермионе и Хендри пришлось сидеть едва ли не в обнимку (и не сказать, чтобы они были против). Тронувшись с места и вырулив на трассу, Эмма соообщила:
      — Я проверила твой адрес — это где-то на западной окраине Виктории. Место обитания старых хрычей и небогатых бездельников — не знаю, что вам там надо, но отвезти могу хоть завтра, заодно и поснимаю — всё равно эта неделя у меня свободна. Правда, завтра я бы не советовала…
      — Почему? — удивился Хендри.
      — Потому что нас всех, а особенно тебя и Роберта накроет джетлаг, — объяснила Гермиона. — Мы в Ванкувере, но организм у нас живёт по лондонскому времени. Восемь часов разницы, да ещё и на запад… В общем, ближайшие несколько дней нам всем будет хреново… Впрочем, маглам бывает ещё хуже.
      — Посмотрим, — Хендри душераздирающе зевнул.

      — О чём я и говорила, — Гермиона ткнула задремавшего Хендри локтем в бок. — Джетлаг. Вставай, приехали!
      — Добро пожаловать в мою скромную обитель! — объявила Эмма, остановив машину перед воротами.
      — Хм… А как тогда выглядит нескромная? — спросил Хендри.
      — Как вилла голливудской звезды. Ты не первый, кто об этом спрашивает… — Эмма покосилась на племянницу. — И по меркам модельного бизнеса это действительно очень скромный домик…
      Хендри покачал головой — футуристического вида особняк слабо ассоциировался со скромностью.
      — Вообще-то, здесь ещё и студия, — пояснила Эмма, проехав в открывшиеся ворота, — так что при встрече со всякими странными личностями просьба не удивляться… Да, это не только новичков касается, я, кажется, про Кейса писала.
      — Который «чокнутый, как герой тупого комикса»? — уточнил мистер Грейнджер.
      — Ага, — заехав в гараж, Эмма заглушила двигатель и выбралась из машины. — Ну, приехали. Вылезайте, разбирайтесь — а там уже и обед…[/fragment]

+7

23

[fragment="Большая прогулка"] Джетлаг накрыл Хендри с головой. Клонило в сон, но спать при этом не хотелось, сосредоточиться на чем-нибудь удавалось с трудом, а настроение стабильно держалось в районе абсолютного нуля. Не хотелось вообще ничего, и Хендри, в надежде найти что-нибудь интересное, уселся за компьютер… Который имел доступ в Интернет.
      Интернет, по мнению Хендри, больших перспектив не имел. Да, потеснить BBS он мог — но и только. Конкурировать с Юзнетом или Фидо он не сможет…
      Пока, по крайней мере — часа через два Хендри пришёл к выводу, что будущее у Интернета есть, и весьма интересное… Лет через десять так и прибыльным станет, пожалуй, а то и пять. Надо будет бабушке Анне сказать — пусть присмотрится…
      Из Всемирной паутины Хендри извлекла Гермиона, сообщившая, что Эмма зовёт их в студию — показать две цифровых камеры, приобретённые пару дней назад. Хендри, разумеется, согласился — побывать в профессиональной студии было бы интересно…

      Камеры были громоздкими, снимки хранили на диске в отдельном кейсе, но Гермиону привели в восторг.
      — Вот увидите, будущее — за ними! — объявила она.
      — Всё стало понятно, когда я впервые увидел у тебя «Популярную механику», — фыркнул Хендри. — Но вот масштаб как-то недооценил…
      — Масштаб тогда был поменьше, — ответила Гермиона. — Но на позапрошлое Рождество мне подарили компьютер с модемом… Кстати, тётя Эмма, есть у нас один приятель, на год младше — несомненный талант, но самоучка. Может, посоветуешь какие-нибудь книги или ещё что?
      — Хм… — Эмма провела пальцем по губам. — Могу, конечно, подсказать несколько книг… А вообще, расскажи-ка о нём поподробнее.
      Гермиона принялась рассказывать — и Хендри осталось только удивляться количеству известной ей информации. Сам он знал куда меньше… И с этим требовалось разобраться.
      — Так, мне всё ясно, — заявила Эмма. — Книги я тебе дам, есть у меня несколько подходящих — но вообще-то, это не моя специальность. Он фоторепортёр, а не студийный фотограф, так что пусть свои снимки разошлёт в газеты — местные почти наверняка заинтересуются. А теперь… Как насчёт настоящей фотосессии, ребятки?..
      — У меня дурное предчувствие… — пробомотал Хендри.

      Дурное предчувствие оправдалось… Хендри и Гермионе предстояло выступить в образе стимпанкового безумного учёного и его помощницы, и это было страшно. Стилист, неприлично похожий на старшего Малфоя, часа два издевался над моделями — костюм, причёска, грим… и бесконечные комментарии Эммы.
      Результат, однако, оказался впечатляющим — из зеркала на него смотрел молодой шотландский джентльмен… Правда, взъерошенный и маниакально сверкающий очками — но ведь у джентльмена могут быть небольшие причуды?
      Рядом стояла Гермиона, имевшая, несмотря на закрытое тёмно-зелёное платье и только наметившуюся фигуру, на редкость вызывающий вид. Зрелище было настолько впечатляющим, что оба, переглянувшись, громко сказали:
      — Анархия!
      — Именно! — хлопнула в ладоши Эмма. — А теперь начнём!

      Сама съёмка оказалась не меньшим мучением — каждая сцена снималась раз пять самое меньшее, и всё это время приходилось торчать в какой-нибудь жутко неудобной позе. Потом несколько минут отдыха — и всё повторяется… И так до вечера. Правда, джетлаг был благополучно забыт…
      — Ну вот… — Эмма отложила камеру и потянулась. — Завтра утром посмотрите, да я вас отвезу в Визардс Вэлли…
      — Я, кажется, назвала только адрес… — Гермиона вздёрнула бровь.
      — Мелкая, ты серьёзно думаешь, что я не знаю про вашу колдовскую братию? У меня, между прочим, был парень-волшебник… Только он в Ираке погиб.
      — Сочувствую, — тихо сказала Гермиона.
      — Спасибо, — криво улыбнулась Эмма. — В общем, там есть кафешка «Мэри Глостер», как нагуляетесь — зайдите туда, хозяйка вас телепортирует…

      За завтраком Эмма выложила на стол готовые снимки… И Хендри пришлось признать, что вчерашние мучения того стоили. Хендри получился весьма убедительным безумным учёным, создателем загадочных и, несомненно, разрушительных машин… Гермиона — с блокнотом или громоздким старинным фотоаппаратом — смотрелась на редкость органично среди полированной бронзы, стекла и морёного дерева.
      — А и правда, здорово получилось, — высказалась Гермиона. — Надо будет бывшим одноклассникам показать — глядишь, лопнут от зависти… Ладно, когда отправляемся?
      — Да хоть сейчас, — махнула рукой Эмма. — Допьём кофе — и вперёд. Роберт, хватит спать на ходу, не так уж ты и устал!..
      — А с чего бы тебе уставать ночью?.. — подозрительно осведомился Хендри.
      — Да они с Кейсом и Дудой вчера полночи пили и в карты резались, — фыркнула Эмма. — А потом я их спалила и заставила разбирать стойку с софитами.
      — Это ещё более пошло, чем-то, о чём я сначала подумала… — сообщила Гермиона. — Да уж… Ладно, давайте и правда собираться.

      Дорога оказалась не слишком интересной, и Хендри порадовался предусмотрительности Гермионы, прихватившей несколько номеров «Нэшнл Джиогрэфик». Иначе пришлось бы бестолково таращиться в окно или спать, а спать решительно не хотелось.
      Впрочем, в окно Хендри время от времени посматривал — надо же было заметить, где и куда поворачивать… Мало ли, вдруг опять придётся добираться на магловском транспорте, а карты под рукой не окажется. С его-то везением влипать в приключения — запросто!
      Внедорожник нёсся по трассе — Эмма оказалась тем ещё беспечным ездоком, обочины то и дело размазывались в пёстрые полосы, а Хендри читал статью о швейцарской гвардии и время от времени комментировал вслух.
      Военной историей Гермиона не слишком интересовалась, швейцарских гвардейцев считала самое большее полицией… И услышанное её почти шокировало.
      — И вот, представь себе эту картину, — рассказывал Хендри, — десятки тысяч озверевших наёмников врываются в Рим, разоряя всё на своём пути, гарнизон Рима опрокинут — но на ступенях Собора Святого Петра их встречает швейцарская гвардия. Всего сто восемьдесят девять человек… Три четверти их так там и полегло — но и наёмников полегло множество, а Папа Римский успел спастись…
      — Суровые были ребята, — хмыкнула Гермиона.
      — Они и сейчас суровые, — буркнул Роберт. — И ты ещё со швейцарскими цвергами не сталкивалась. По сравнению с ними гоблины — сама щедрость и бескорыстие…
      Гермиона присвистнула.
      — Я, конечно, слышала что-то такое, — сказала она, — но всегда считала это болтовнёй.
      — Всё, что о них говорят, следует умножать минимум на два, — буркнул Роберт. — И я о них говорить не хочу. Хватит их с меня…

      Хендри опасался, что придётся ждать паром, но обошлось — в запасе оставалось минут пять, и места на борту было предостаточно.
      — Что значит — приехать вовремя, — ухмыльнулась Эмма. — Не припоминаю, чтобы мне так везло с этим паромом. Хотя, если честно, я и бываю тут редко… А зря, пожалуй. К тому же есть у меня кое-какие планы… Роберт, как думаешь, здешние леса подойдут для Рыжей Сони?
      Вопрос задел Роберта за живое, ибо Говарда он любил и рассуждать на эту тему мог бесконечно — по крайней мере, на всю оставшуюся дорогу его хватило.

      Конечной точкой маршрута был непритязательный мотель на отшибе. Выбравшись из машины, Хендри обратился к сидевшему на скамейке перед офисом пожилому джентльмену с трубкой:
      — Добрый день, сэр. Могу ли я увидеть мистера Джона Тафта?
      — Смотрите, — предложил его собеседник. — Вы, полагаю, и есть Хендри Маклауд?
      — Именно, — улыбнулся Хендри. — Мой кузен Роберт Маклауд, моя подруга и однокурсница Гермиона Грейнджер.
      — Рад знакомству, — Тафт поднялся. — Добро пожаловать в Визардс Вэлли.
      Он провёл гостей к неприметной калитке в заборе со стороны леса, открыл её — и перед ними открылся провинциальный канадский городок. В общем-то, не колдуй его обитатели прямо на улице, вряд ли кто-нибудь обратил бы на него внимание…
      — Действительно, Косой переулок с индейским акцентом, — улыбнулась Гермиона. — Так, сначала в банк…
      — А потом в книжный, — фыркнул Хендри.
      — Разумеется, — подтвердила Гермиона. — Мистер Тафт, надеюсь, вы сможете нам порекомендовать что-нибудь?
      — Я вас лучше провожу, — ответил Тафт. — Привычка моих земляков объяснять дорогу превращает прогулку в экстремальный туризм…

      Тафт был недалёк от истины — Визардс Вэлли отличался довольно хаотичной застройкой и типичной деревенской манерой объяснять дорогу подробно и непонятно. Ничего необычного, Хендри и сам так делал…
      Проще всего было найти банк — как-никак самое высокое здание городка, целых восемь этажей. Обменяв деньги, компания двинулась на поиски книжного магазина, разглядывая всё подряд, как истинные туристы.
      На самом деле сходство с Косым переулком было чисто поверхностным — не было столь типичной для магической Британии средневековости. Да, и люди, и дома выглядели старомодно, но вызывали в памяти всё-таки Джека Лондона, а не Томаса Мэлори…

      Книжный, как и все прочие магазины, разместился недалеко от банка, в торговом квартале, и ассортимент имел куда больший, чем Флориш с Блотсом могли себе позволить даже в самые лучшие времена. Гермиона немедленно зарылась в книги, издавая невнятно-восторженные звуки, а Хендри остановился перед запертой витриной. Книги в ней были весьма примечательные — за некоторые из них можно было и в Азкабан отправиться…
      — Сэр, — Роберт витрину тоже заметил, — эти книги может купить любой человек?
      — Не вполне, — ответил продавец. — Но если вам есть двадцать один год и вы имеете лицензию в соответствующей области, то можете получить разрешение на хранение такой книги. Его, если на то есть необходимость, выдаст Министерство, но необходимые для хранения условия вы должны обеспечивать за свой счёт. Так вот, когда оно у вас будет, я позову директора, мы откроем витрину — видите, тут два замка — и под роспись продадим её.
      — Всё лучше, чем запрет на всё подряд, — заметила Гермиона. — Вот кстати, пособие по созданию волшебных палочек в Англии даже в списке запрещённых книг нет… Так, вот это всё я беру, и самообновляющийся каталог у вас есть?
      — У нас есть даже BBS, — сообщил продавец. — Вы, вероятно, не в курсе…
      — Я знаю, что это, — перебила его Гермиона, — но каталог всё равно давайте — в Хогвартсе компьютеров нет. Хендри, пакуй!
      Хендри послушно сгрузил в спорран немаленькую стопку книг и поинтересовался:
      — Куда дальше?
      — Был бы фотоаппарат…
      — В магазине напротив можно купить, правда, магловский, — предложил Тафт. — Два драгота за камеру и то ли две, то ли три катушки плёнки.
      — Ведите! — заявила Гермиона.

      Фотоаппарат и две катушки на две дюжины кадров каждая действительно обошёлся в два драгота. Аппаратом сразу же завладела Гермиона — Маклауды, увидев, с какой ловкостью она управляется с камерой, возражать не стали.
      — Кстати, модель-то старая, — заметила она. — Подарю тёте, пожалуй… Такого в её коллекции вроде бы нет. Мистер Тафт, полагаюсь на ваши советы…
      — Что ж, буду рад вам помочь, — хмыкнул канадец. — И предлагаю начать с Колонны — тем более, что она здесь поблизости.

      Колонна была, собственно, колонной из тёмного мрамора, на котором были высечены имена канадских магов, погибших в бою — с четырнадцатого года и до недавней «Бури в пустыне».
      Хендри, подойдя к колонне, стянул берет, склонил голову и тихо продекламировал:
      — Все отдав, я не встану из праха,
      Мне не надо ни слов, ни похвал.
      Я не жил, умирая от страха,
      Я, убив в себе страх, воевал.
      — Мистер Поттер?..
      — Знаете, мистер Тафт, в магической Британии вы ничего подобного не увидите, — отозвался Хендри. — Сколько магов сражалось за Англию — но разве их помнят?.. А прошлая гражданская война? Мальчик-который-выжил — вот он, перед вами, вот только моих родителей почти не помнят, не говоря уже о многих других. Тех, кто действительно заслуживает памяти… Прошу прощения, как-то неожиданно меня пробрало.
      — Здесь всех пробирает, и дело не в магии, — отозвался Тафт. — Не знаю, как так получилось — наверно, потому, что скульптор на войне потерял всех друзей…
      — Возможно… Что ж, мистер Тафт, ведите нас!

      Прогулка заняла часа два — Визардс Вэлли всё-таки был невелик — и закончилась в ресторанчике «Мэри Глостер». Угостив Тафта обедом и пивом и распрощавшись, Маклауды и Грейнджер обратились к хозяйке — которую, естественно, звали Мэри Глостер…
      Хозяйка Эмму отлично знала — хотя откуда, так и не призналась. Судя по тому, что были они ровесницами, Мэри вполне могла оказаться соседкой или школьной подругой Эммы. А могла и не оказаться — судя по некоторым оговоркам, юность сестёр Уотсон была довольно бурной…
      Так или иначе, но отреагировала Мэри бурно.
      — Великий Маниту! — воскликнула она. — Вспомнила, надо же! Ох я ей задам!.. Ну-ка, подождите минутку, я найду, из чего портал сделать, а Эмме скажите — вечером я к ней наведаюсь, пусть, мерзавка такая, швабру себе готовит!
      Продолжая ворчать, хозяйка вручила компании длинную палку и пузатую бутыль.
      — Портал сработает через минуту, бутылку чтоб до вечера не трогала, — предупредила она, — а я, как закроюсь, так сразу буду.
      — Спасибо, — Роберт поцеловал руку, — надеюсь, мы не доставили вам больших хлопот.
      — Чепуха, для того и существуют друзья!

      Портал выбросил компанию в саду, в нескольких шагах от веранды. Джин и Эмма, сидевшие на ней, синхронно обернулись и столь же синхронно смахнули со стола в кейс две стопки фотографий.
      — Привет, как погуляли? — непринуждённо осведомилась Эмма, поспешно захлопнув кейс.
      — Мэри Глостер прислала тебе бутылку и велела передать, что будет, как только закроется, и чтобы ты готовила швабру, — сообщила Гермиона. — И что за фотографии вы так стремительно убрали?
      — Неважно, — отмахнулась Джин.
      Это было ошибкой. Сопоставив скорость исчезновения снимков и одежду матери — лёгкий халат — Гермиона сделала неожиданный вывод…
      В два шага оказавшись на веранде, Гермиона шёпотом спросила:
      — Мама, ты что, снималась голой?
      — Ну что ты говоришь… — возразила Джин, глядя в сторону.
      — Знаешь, мама, — вздохнула Гермиона. — Если бы ты была волшебницей — точно училась бы на Гриффиндоре. Это не просто не лечится, это ещё и наследственное…
      — Что не лечится? — неосторожно спросил Хендри.?
      — Гриффиндор головного мозга, — ответствовала Гермиона. — А ты что подумал?[/fragment]

+7

24

[fragment="В Британию"] Мэг, как обычно, заявилась с утра пораньше. Правда, на сей раз недовольных не было — во-первых, нанятый Эммой вертолёт ждать не мог, а во-вторых, ископаемые заинтересовали всю компанию.
      — Открыли его ещё в начале века, — рассказывала по дороге Мэг, — но толком не поняли, что за сокровище нашли. Уолкотт, который их и нашёл, работал больше десяти лет, но почти всё неправильно классифицировал… Хотя ещё вопрос, чего бы я понаписала на его месте — этих тварей без косяка не представить. Одна до того странная, что её назвали галлюцигенией, правда, потом сообразли, что нарисовали её вверх ногами… Но менее странной она от этого не стала.

      Гора впечатления не производила — обыкновенные чёрно-серые скалы, довольно крутые, но не настолько, чтобы требовать альпинистских навыков. Кое-где на склоне стояли вешки, между ними перебирались немногочисленные туристы, а в стороне, на отгороженном веревкой участке, шла работа. Туристы задерживались, бросали почтительно-тупые взгляды и шли дальше.
      — Хотите туда? — спросила Мэг, кивнув на ограждение.
      — Ну, а ты как думаешь? — пожал плечами Хендри.
      — Тогда вперёд, — Мэг подняла верёвку и пролезла под ней.
      — Эй, леди, сюда… — окликнул её кто-то. — А, Маргарет! Приветствую! Какими судьбами?..
      — Да вот, герр Рихтер, хочу подрастающее поколение к палеонтологии приохотить, — хмыкнула Мэг. — Моя дальняя родня…
      — Все сразу?
      — Да нет, только шотландцы, — махнула рукой Мэг. — Маклауды — Хендри и Роберт, Гермиона Грейнджер, одноклассница Хендри, её мать Джин. Доктор Ханс Рихтер, один из ведущих специалистов по кембрию.
      — Очень приятно, — учёный пожал протянутые руки. — Что сказать — вам повезло, тут у нас прекрасно сохранившийся аномалокарис…
      — Действительно, очень странная креветка, — согласилась Джин, разглядывая камень.
      — Чертовски странная, — согласился Роберт. — Кстати, почему «креветка»? По-моему, сходства никакого…
      — О, сперва нашли только щупальце, которое и приняли за креветку, — пояснил Рихтер.
      — Кстати, в те времена довольно обычная ситуациия. Всё-таки очень странные твари… Кстати, хотите взглянуть на действительно интересные находки? Те, что показывают туристам, эффектно смотрятся, но для науки почти бесполезны.
      Разумеется, отказаться от такого предложения было невозможно.

      Обитали учёные в нескольких довольно комфортабельных сборных домиках у подножия скал, и там же хранились находки — их, правда, почти сразу отсылали в лаборатории.
      — Вот, пожалуйста, — Рихтер продемонстрировал плитку с отпечатком чего-то, похожего на рыбу и червяка одновременно. — Пикайя, далеко не самое эффектное, но, на мой взгляд, самое интересное ископаемое, древнейшее известное хордовое! Правда, это явно не самое первое из хордовых, но древнее пока ничего не нашлось… А вот ещё одна очень любопытная находка — видите, какое-то животное ползло по дну, но его схватил хищник. Кто и кого — загадка, хотя кое-какие идеи у нас есть…

      Лекция подзатянулась, и если бы не японские часы Мэг с будильником, компания наверняка опоздала бы на свой рейс. К счастью, будильник сработал вовремя, вертолёт без проблем доставил компанию в аэропорт, и даже осталось немного времени в запасе.
      — Хендри, ты точно везучая сволочь, — подвела итог Мэг, когда самолёт лёг на курс. — Который уже раз укладываемся с идеальной точностью… Ну да ладно, как вам сланцы?
      — Ну, знаешь!.. — Хендри даже руками взмахнул. — Даже не думал, что там так круто! Такие твари… Чёрт, да до такого даже Лавкрафт не додумался! Да что там Лавкрафт, Уллем в детстве такой хрени не рисовал!
      — Справедливости ради — трилобитов он рисовал вполне прилично, — заметила Мэг.
      — Кстати, а почему бы тебе что-нибудь не рассказать? — спросила Гермиона. — Нам же ещё лететь и лететь, а читать нечего…
      — Ну, с меня требуют цикл научно-популярных лекций, — Мэг достала папку и открыла её. — Давайте я вам их прочитаю, а вы скажете — нормально получилось, или меня слишком занесло?
      — Идёт, — хором согласилась вся компания.

      Обратный путь, благодаря лекциям Мэг, получился куда более интересным, чем полёт в Ванкувер. Писала Мэг бойко и ясно, хоть и срываясь иной раз на привычный академический стиль. Учитывая, что знала она много, получилось действительно интересно и познавательно… Настолько интересно, что на чтение, обсуждение и правку ушли все десять часов полёта. Спать никто не собирался — динозавры важнее какого-то там сна…
      В результате в Хитроу все пятеро выгрузились довольными, но полусонными. Распрощались, Грейнджеры погрузились в свою машину, остальные — в пикап Мэг с Сириусом за рулём, и отправились по домам. Само собой, тратить целый день на дорогу не предполагалось, и, как только Сириус загнал машину в укромное место, Мэг активировала портключ.
      Последнее перемещение Хендри доконало. Джетлаг снова накрыл с головой, и Хендри, вяло поприветствовав родню, завалился спать — где-то в в половине восьмого вечера.

      А на следующий день Сириус Блэк сообщил, что авроры упустили Питера Петтигрю.
      Питер в обличье крысы пробрался в Хогвартс, был обнаружен и почти пойман, но сумел сбежать. Зачем он это сделал — осталось загадкой, где прятался — тоже, а о том, куда он делся, оставалось только гадать.
      Фадж от таких новостей забился в истерике, накинулся на аврорат с кучей идиотских приказов, попытался в чём-то обвинить Крауча, но был им послан… «Ежедневный пророк» добавлял жару — особенно старалась небезызвестная Рита Скиттер, и даже Лавгуд сообщил читателям о нападении мозгошмыгов с планеты Нибиру. Всё это, по меткому определению Сириуса, выглядело, как пожар в борделе в час пик. Результаты были соответствующими…

      Само собой, Хендри немедленно позвонил Гермионе и сообщил новости.
      — Ну, а ты что хотел? — поинтересовалась Гермиона, зевая в трубку. — Самую здравую мысль в этой компании выдал Лавгуд… Кстати, если увидишь, передай ему, что я в восхищении. Читать Ситчина — это подвиг, знаешь ли.
      — А кто он такой?
      — Козёл и жулик, который придумал Нибиру и ещё много бреда в том же духе. В общем, забей — всё это скоро сдохнет, а Рита-флюгер-в-заднице будет рассказывать, что ничего не было. Кстати, заглянешь к нам перед Хогвартсом? Луна обещала приехать…
      — Не вопрос, — заявил Хендри. — Как только скажешь, так и явимся. Ты же не против компании моего братца?
      — И братца давай. Ладно, — Гермиона в очередной раз зевнула, — Пока, вечером в эхе поболтаем.

      К обеду джетлаг не то, чтобы прошёл — на это требовалось несколько дней — но ослаб до терпимого уровня, и кружка кофе от Сириуса сыграла в этом достойную роль. Поэтому за обедом Хендри был вполне адекватен и даже мог поддерживать разговор.
      И первым делом он спросил:
      — Как там Уизли?
      — Пришла в норму, — сообщил Уллем. — Жаловалась, что Молли выдрала её крапивой, но по-моему, это она врёт.
      — Ну почему же? — заметила Анна. — Прюэтты — старая и уважаемая семья, следующая традициям… А Молли в те времена смахивала нравом на близнецов, так что прилетало ей частенько.
      — Ну вот. В общем, пока я у них гостил, Джинни всё время за мной таскалась, ещё хуже, чем за Хендри в школе… Упс! — Уллем поймал заинтересованный взгляд Анны и осёкся.
      — А в Канаде что было? — спросила Диорвел.
      — Ну, — сказал Хендри, переглянувшись с Робертом, — в Канаде было круто. Даже фотосессия, хотя это ужас какой-то… И в Визардс Вэлли интересно было — вот кстати, там маги «чистотой крови» не озабочены, как наши идиоты. То есть, конечно, учитывают, но и только. Их больше умение заработать волнует… Причём там что в Канаде, что в Штатах так. А обелиск? Ты можешь представить себе что-нибудь подобное в Англии? Лично я — нет, разве что мы сами что-то сделаем… Кстати, мемориальная доска, хотя бы только гриффиндорская — это вполне реально, особенно если Сириус поможет. Вот ещё что — индейцев там много, и они почти не пользуются палочками. Зато заклинания у них — просто ужас!..
      — Так они их на своем языке читают, — пожал плечами Роберт. — А это точно ужас — там некоторые могут в одно слово затолкать целое предложение… И это будет пострашнее Лланфайра…
      — Да неужели?
      — Ну да. Причём знаете, что хуже всего? Что они эту тарабарщину выдают, как пулемётную очередь. Палочкой взмахнуть не успеешь… И анимаги они там почти все. Но сланцы всё равно круче!
      — Да неужели?
      — Дядя Килан, да что ты завёлся, а? Ты вон попроси Мэг, она тебя туда свозит — сам посмотришь. Фотки — это не то, тут живьём надо увидеть… Ну или Эмму просить — она снимет, как надо.
      — Ты бы поподробнее рассказал про эту Эмму, — ласковым голосом попросила Анна. — Похоже, она очень интересная девушка…

      Следующую неделю Хендри потратил с пользой. А именно — отсыпался, читал Гибсона, доделывал домашнее задание и на пару с Гермионой флеймил в эхоконференциях. Ещё он подрался с Тимом Алленби — без этого обойтись было никак нельзя… А потом как-то неожиданно наступил день рождения.

      — Поздравляю! — заявила с порога Луна, одетая в бирюзовое кимоно с играющими карпами, и с поклоном вручила Хендри коробку.
      — Благодарю тебя, — Хендри на всякий случай поклонился в ответ, положил коробку на стол и добавил:
      — Прикольно выглядишь!
      — А карпы ещё и мозгошмыгов ловят, — сообщила Луна. — Как тебе Канада?
      — Здорово, — ответил Хендри. — Тебе бы понравилось. Я тебе фотки покажу… Привет, Гермиона! Шеймас! Заходи и смотри, какая крутая Луна!
      — Вау! — из-за Шеймаса выскочил Колин. — Прямо как в кино! О, мистер Лавгуд, а можно вас с мистером Дунканом снять?
      — Можно, но ты же хочешь чего-нибудь особенного?
      — Да… — Колин смутился. — Мистер Дункан, у вас есть меч? Понимаете, мистер Лавгуд одет по-японски, а вы по-шотландски, и я хочу сфотографировать, как вы меняетесь мечами… Ну знаете, как у Киплинга — Запад есть Запад, Восток есть Восток…
      Дункан Маклауд задумчиво потёр подбородок, просмотрел на Лавгуда — в чёрном хаори, светло-серых хакама и с вакидзаси за поясом — и спросил:
      — Насколько хорошо вы владеете мечом, мистер Лавгуд?
      — В молодости я прожил несколько лет в Японии, — сообщил Лавгуд, — изучая кендзюцу под руководством Ватанабэ-сенсея…
      — Ta ma de! — выдохнула Гермиона.
      — А мне ты про это никогда не говорил, — заметила Луна.
      — Да как-то к слову не приходилось, — пожал плечами Лавгуд. — Дункан-сан, вы предлагаете скрестить клинки? Это было бы любопытно… И наш юный друг получит искомые кадры.
      — После обеда, негодники! — Анна надела очки и свирепо воззрилась на мужчин.

      Праздник удался… А особенно — представление, устроенное Дунканом и Лавгудом. Поединок шотландского горца и самурая вряд ли мог бы случиться где-нибудь ещё… Но это было по-настоящему круто.
      — Твой дед — вылитый Шон Коннери, — заявила Гермиона, когда бой завершился ничьей, бойцы обменялись мечами, а Хендри предложил подняться на стену. — Слушай, он точно обычный волшебник?
      — Ну не Горец же? — хмыкнул Хендри. — Он, конечно, крут, но не настолько… А вообще, годная идея для «Придиры», надо будет Луне рассказать! Кстати, она твои компьютерные детали нашла?
      — Все до единой, — довольно оскалилась Гермиона. — Честно, я такого не ожидала…
      — Это же Луна, — пожал плечами Хендри. — Ей бесполезно удивляться.
      Некоторое время они просто молчали. Гермиона, судя по время от времени бросаемым взглядам, хотела что-то спросить, но опасалась его задеть. Продолжаться это могло довольно долго, и Хенндри вздохнул и сказал:
      — Спрашивай уже…
      — Не хочу портить тебе праздник, — Гермиона смотрела куда-то вдаль, — но меня беспокоит Петтигрю.
      — Заведи кота, — предложил Гарри. — Или сову. Или пинчера… Сам по себе он почти не опасен, но вопрос в том, что ему надо… И что натворит наше прекрасное министерство.
      — Вот его я действительно боюсь, — вздохнула Гермиона. — Фадж, похоже, способен на любую дичь, только бы удержаться у власти.
      — Именно. А ещё он вор и взяточник. Так вот, Петтигрю… Как ты помнишь, его хозяин сдох не до конца и пытается вернуться. Петтигрю достаточно глуп, чтобы попытаться ему помочь — хотя остальным уже давно ясно, что благодарности они не дождутся…
      — Хочешь сказать, мы в любой момент можем напороться на возродившегося Самозванца?!
      — Не в этом году точно, — утешил Хендри. — Его слишком активно ищут, так что высунуться он не сможет, даже если и знает, где прячется хозяин. А вот в следующем… В следующем может и рискнуть. А может и не рискнуть.
      — Значит, минимум год, — Гермиона вздохнула. — Спасибо, ты меня успокоил. Честно. Время есть — что-нибудь придумаем. В Косом встречаемся?
      — А как же! Числа пятнадцатого пойдёт?
      — Думаю, да, но всё равно надо будет созвониться. Я тебе после завтрака позвоню, идёт?
      — Идёт, — согласился Хендри.
      — Тогда я пойду, — сказала Гермиона. — Спасибо, что позвал, было здорово!
      И прежде, чем Хендри успел что-то сказать, она быстро поцеловала его в щёку и сбежала со стены, кринув с лестницы:
      — Пока! Встретимся в Косом!
      Секунд двадцать Хендри бездумно смотрел ей вслед, затем коснулся щеки пальцами и задумчиво произнёс:
      — А ведь бабушка Анна, похоже, права…[/fragment]

+10

25

круто!
и дико непривычный герой получился
а почему ГермионА по буквам - "новембер Эхо"? Должно быть новэмбер альфа, нет? Или оне гречанке?

0

26

КоТ Гомель написал(а):

а почему ГермионА по буквам - "новембер Эхо"?

Потому что Hermione Granger

+2

27

Godunoff написал(а):

По требованию общественности выкладывается тут.

О! Это хорошо, это замечательно. Потому что фанфик получился замечательный и многообещающий, особенно для этого форума - у меня, например, регулярно возникали ассоциации с Харальдом, хотя видно, что это не он. Но в фендоме вообще почти нет хорошо прописанных полностью оригинальных Поттеров и именно этим Хендри и ценен. А уж Блека-ЧВКшника я вообще в первый раз встречаю. Замечательная идея!

+1

28

Тапков покидать, что ли?

Godunoff написал(а):

Колин Криви посмотрел на Хендри преданным взглядом и сообщил

Не мог он ничего сообщить, ибо окаменевший.
Даже если б его вылечили, он бы совсем про другое сообщал. Да его, собственно, про другое бы и спрашивали.

Godunoff написал(а):

Серпенсортиа со всей дури, да ещё и на парселтанге

Серпенсортиа - это призыв змеи. А отпугивающее у вас вроде "Серпенспрокуло".

+1

29

Andrey_M11 написал(а):

Не мог он ничего сообщить, ибо окаменевший.
Даже если б его вылечили, он бы совсем про другое сообщал. Да его, собственно, про другое бы и спрашивали.

Там была где-то там же фраза, что он наглотался реактивов и поэтому вырубился, предварительно попытавшись снять василиска. А потому "принесли его домой, оказался он живой". Так что этот тапок улетает обратно в зал.

0

30

Отличный, отличный, отличный фик! Подпрыгивая от нетерпения, жду обновлений!

0


Вы здесь » NERV » Стартовый стол » Настоящий шотландец.